Тайны советской психиатрии

В ГКПЧ обратилась Лариса Н. с целью придать гласности бесчеловечные нарушения её прав в психиатрии, происходившие в подростковом возрасте и оставившие неизгладимый след в судьбе этого человека.

Будучи школьницей, Лариса очень интересовалась учёбой, несколько лет была круглой отличницей и активным школьным переменам предпочитала чтение книг.

Со слов Ларисы:

«Это удивляло классного руководителя Данька Сергея Николаевича, о чём он рассказал завучу школы  Сердюк Ольге Михайловне. Ольга Михайловна стала забирать меня к себе в кабинет, хвалила меня, расспрашивала о родителях. Она вызвала в школу отца и рассказала ему всё, что от меня узнала. Через некоторое время Ольга Михайловна вызвала меня к себе в кабинет и сказала, что Министерство образования УССР выделило на школу бесплатную путевку в санаторий на 24 дня, где она мечтала побывать всю свою жизнь, но такой возможности не было».

В действительности Ларису отправили в психиатрическую больницу, расположенную в посёлке Ворзель.

права_человека_психиатрии_фото

 

«Я увидела такое, во что было трудно поверить! Санаторий-курорт оказался психушкой!.. Палаты отделения были заполнены детьми-калеками в возрасте 4-10 лет, с перекошенными лицами, неправильной формы бритыми налысо головами, деформированными конечностями и нарушениями опорно-двигательного аппарата, которые не могли даже разговаривать… Они были худые, грязные, ужасно одетые, на их лицах и открытых частях тела были видны  многочисленные синяки тёмно-фиолетового, синего, зеленовато-желтого цвета…» – рассказывает Лариса первые впечатления от психиатрического «курорта».

«Каждая из санитарок считала своим неотъемлемым долгом избивать каждого по любому малейшему поводу с максимальной жестокостью не менее получаса, что среди санитарок пользовалось уважением. Некоторые санитарки во время

Будучи школьницей, Лариса очень интересовалась учёбой, несколько лет была круглой отличницей и активным школьным переменам предпочитала чтение книг.

Со слов Ларисы:

«Это удивляло классного руководителя Данька Сергея Николаевича, о чём он рассказал завучу школы  Сердюк Ольге Михайловне. Ольга Михайловна стала забирать меня к себе в кабинет, хвалила меня, расспрашивала о родителях. Она вызвала в школу отца и рассказала ему всё, что от меня узнала. Через некоторое время Ольга Михайловна вызвала меня к себе в кабинет и сказала, что Министерство образования УССР выделило на школу бесплатную путевку в санаторий на 24 дня, где она мечтала побывать всю свою жизнь, но такой возможности не было».

В действительности Ларису отправили в психиатрическую больницу, расположенную в посёлке Ворзель.

«Я увидела такое, во что было трудно поверить! Санаторий-курорт оказался психушкой!.. Палаты отделения были заполнены детьми-калеками в возрасте 4-10 лет, с перекошенными лицами, неправильной формы бритыми налысо головами, деформированными конечностями и нарушениями опорно-двигательного аппарата, которые не могли даже разговаривать… Они были худые, грязные, ужасно одетые, на их лицах и открытых частях тела были видны  многочисленные синяки тёмно-фиолетового, синего, зеленовато-желтого цвета…» – рассказывает Лариса первые впечатления от психиатрического «курорта».

«Каждая из санитарок считала своим неотъемлемым долгом избивать каждого по любому малейшему поводу с максимальной жестокостью не менее получаса, что среди санитарок пользовалось уважением. Некоторые санитарки во время избиения входили в такой азарт, что после этого сами валились с ног, обессиленные и задыхавшиеся после такой физической разминки».

Путевка на курорт в советское время была чем-то очень престижным, чем-то, что доставалось не каждому, но если ребенок, вернувшись с такого курорта, рассказал бы окружающим, что там с ним происходило, его запросто могли бы принять за сумасшедшего. Ведь очень трудно поверить, что такое отношение к человеку вообще возможно.

«Не проводя никакого обследования, мне сразу же назначили лечение. Каждый день давали пить какие-то порошки, таблетки, вместе с тяжелобольными детьми водили на процедуры в кабинет, в котором через голову пропускали электрический ток. После этого очень болела голова, чернело в глазах, и я почти не могла идти – болели ноги. Меня приводили в палату, где я, как убитая падала на кровать и крепко спала днём. Когда просыпалась, какое-то время не могла ничего понять…

Каждый день начинался с того, что в пол седьмого утра санитарки будили всех в отделении и при помощи кулаков, пинков и скакалок сгоняли в одну общую комнату, в которой они “бесились” около трех часов. Крик стоял такой, что включённый на полую громкость телевизор нельзя было услышать. К 10-ти часам утра всех выпускали в коридор, где стояла медсестра и каждому давала пить порошки и таблетки, после чего все они шли в столовую».

В этом учреждении Лариса пробыла 13 дней и была выписана с комментарием, что она находилась на стационарном обследовании. Её закармливали неизвестными, вызывающими жуткие последствия препаратами, пропускали электрический ток через мозг, применяли физическую силу, и это было названо «обследование»! Такое положение вещей возможно только в психиатрии, потому как это самая закрытая от общественных глаз и контроля система.

На этом печальная история Ларисы Н. не закончилась. Лариса была не согласна с тем, как с ней поступили, и искала справедливости и понимания. Она читала много периодических изданий и в одном из таких прочла статью о мальчике-поэте, которого не понимали в школе. Лариса написала в редакцию свою историю, и ей пришёл ответ. Вот что рассказывает Лариса:

«Несмотря на то, что письмо было адресовано мне, его вскрыла и прочитала директор школы, Шавро Елена Борисовна. После этого директор вызвала к себе в кабинет весь наш класс и сказала: “Дети, не общайтесь с ней, она – психически больная!”. Потом вызвала к себе отца и меня, и сказала, что у неё образцовая школа, и она не допустит, чтобы в школу приезжали журналисты и психически больной человек её “поливал грязью”. Сказала, что выгонит меня из школы с таким позором, что меня больше никогда не возьмут ни в одну школу. По наставлению директора школы и завуча, отец и мать стали следить за мной, чтобы я ничего не читала и не писала. На сельской почте всех предупредили о том, что я психически тяжело больна, и чтобы мои письма никуда не отправляли.

Моя жизнь, отношение ко мне окружающих становились всё хуже. В поисках справедливости я отправила письмо в редакцию в то время популярной газеты “Комсомольская правда” и в редакцию украинского телевидения “Молодёжная студия Гарт”. Из редакции газеты “Комсомольская правда” моё письмо переслали в город Переяслав-Хмельницкий секретарю горкома комсомола, Довгий Валентине Петровне. Она приехала ко мне домой и в присутствии родителей сказала: “Живи детка и радуйся! Не вздумай больше никуда писать и жаловаться, иначе я сама отдам тебя в психушку или колонию строгого режима. Я запрещаю тебе читать газеты, книги и журналы, запрещаю ходить в школу!”

Редакция  украинского телевидения  “Молодежной студии Гарт” моё письмо передала в детскую редакцию украинского телевидения. Из детской редакции в школу приехала журналист, Рысюк Инга Борисовна, которая пообщавшись с директором школы и со мной сказала, что про меня и мою школу приедут с телевидения снимать репортаж».

После этого, по инициативе директора школы, Лариса второй раз оказалась в психиатрическом учреждении. На этот раз в Павловской психиатрической больнице №1 города Киева.

В этой истории хорошо видна типичная для психиатрии ситуация, которая существует по сей день. Любого человека за его взгляды, убеждения или действия можно просто уничтожить, используя психиатрическую систему, в которой царят: жестокость, психотропные (изменяющие сознание) препараты и закрытость от любого внешнего контроля или вмешательства. Это позволяет раздавить личность, не дать ей быть тем, кем он есть или думать так, как она хочет и не давать действовать, добиваясь справедливости. По сей день ситуация идентична той, что была 20-30 лет назад. Психиатрические принципы и способы «помощи» те же – они абсолютно не изменились.

Вот что Лариса рассказывает о том, как в психиатрии ей «помогали» справиться с желанием добиться справедливости:

«Меня раздели догола, разрешив одеть только плавки. Они завели меня в место в тоннеле наподобие кладовой, где оставили мою одежду и одели на меня новый с этикеткой большой и длинный, серый х/б халат, поверх которого старую, светло-зелёную выгоревшую фуфайку с закатанными длинными рукавами, в которых из дырок торчала вата. На голые, босые ноги мне одели большие мужские солдатские ботинки с торчащими внутрь острыми, тонкими гвоздями. От металлических острых гвоздей, впивавшихся в мясо голых подошв, ноги были в крови, опухли от ран, сильно болели и долго не заживали…

Меня поместили в “тяжелую” палату строгого режима № 6, в которой находилось 30 психически тяжелобольных взрослых человека. Санитарки “пасли” их палками, как скот, и ругались таким сплошным пошлым матом, какого я себе в жизни даже не представляла. Я узнала, что попала в “Павловскую”. Из палаты никого никуда не выпускали. Еду приносили в палату. В туалет выводили только после многочисленных просьб в сопровождении двух санитарок. Кто-то, не допросившись, не выдерживал, тогда санитарки одевали на него смирительную рубашку с длинными рукавами и избивали деревянной табуреткой и ногами. После этого медсёстры кололи ему уколы и говорили, что он “буйный”.

Больше всего на свете боялись лаборатории, куда, по рассказам, раз в месяц кого-нибудь из отделения забирают. Там на нём делают опыты, во время которых он терпит такие нечеловеческие муки, что теряет рассудок и память, превращаясь в дебила и умирая либо там же, либо по пути в отделение, либо уже в отделении, находясь в “шестой” палате. Мне рассказывали о них и показывали, когда санитарки вывозили их на инвалидной коляске из “шестой” палаты в туалет: тяжелобольных, полупарализованных, с перекошенными лицами, по которым нельзя было определить ни возраст, ни мужчина это или женщина…

Рассказывали, что до того, как их забрали в лабораторию, они были нормальными и находились в палате №7. Такая же участь ожидала тех, кто пытался отсюда сбежать.

Через несколько дней, не проводя никакого обследования, лечащий врач, кандидат медицинских наук, Савченко Валерий Петрович назначил мне лечение от шизофрении: “Со следующего дня – уколы инсулина”. Женщины из палаты № 7 показали мне больных, какими они стали после лечения шизофрении уколами инсулина: беспомощные (их водили санитары), толстые, с явными признаками психической заторможенности и ненормальности на лице. Мне рассказали, что в малой дозе эти уколы лечат сахарный диабет, а в большой приводят к необратимым, разрушительным процессам в коре головного мозга и смерти».

В психиатрии отсутствуют эффективные методы помощи человеку. Единственный их метод – это сломить волю, запугать, «излечить» страхом и переключить внимание на невыносимые побочные эффекты от приема психиатрических препаратов.

Активная жизненная позиция в столь юном возрасте помогла Ларисе Н. выжить в этой непростой ситуации – журналисты детского телеканала способствовали её освобождению из психиатрической системы. Впоследствии ей удалось много добиться в жизни, пронеся с собой через годы эту историю. Лариса получила два высших образования, имеет хорошую работу, дом, уют. И вот, что она написала в своём заявлении в Гражданскую комиссию по правам человека:

«Возможно, всё то, что я пережила и описала, поможет вам в расследовании и раскрытии механизмов преступлений и насилия над личностью, которые безнаказанно и вполне “законно” осуществляются за стенами психиатрических больниц. Поможет в целях борьбы с таким негативным явлением, как принудительное лечение за убеждения и взгляды, приводящее к психологическим травмам, психической ненормальности и психической инвалидности пострадавшего – ранее психически нормального и здорового человека».входили в такой азарт, что после этого сами валились с ног, обессиленные и задыхавшиеся после такой физической разминки».

Путевка на курорт в советское время была чем-то очень престижным, чем-то, что доставалось не каждому, но если ребенок, вернувшись с такого курорта, рассказал бы окружающим, что там с ним происходило, его запросто могли бы принять за сумасшедшего. Ведь очень трудно поверить, что такое отношение к человеку вообще возможно.

«Не проводя никакого обследования, мне сразу же назначили лечение. Каждый день давали пить какие-то порошки, таблетки, вместе с тяжелобольными детьми водили на процедуры в кабинет, в котором через голову пропускали электрический ток. После этого очень болела голова, чернело в глазах, и я почти не могла идти – болели ноги. Меня приводили в палату, где я, как убитая падала на кровать и крепко спала днём. Когда просыпалась, какое-то время не могла ничего понять…

Каждый день начинался с того, что в пол седьмого утра санитарки будили всех в отделении и при помощи кулаков, пинков и скакалок сгоняли в одну общую комнату, в которой они “бесились” около трех часов. Крик стоял такой, что включённый на полую громкость телевизор нельзя было услышать. К 10-ти часам утра всех выпускали в коридор, где стояла медсестра и каждому давала пить порошки и таблетки, после чего все они шли в столовую».

В этом учреждении Лариса пробыла 13 дней и была выписана с комментарием, что она находилась на стационарном обследовании. Её закармливали неизвестными, вызывающими жуткие последствия препаратами, пропускали электрический ток через мозг, применяли физическую силу, и это было названо «обследование»! Такое положение вещей возможно только в психиатрии, потому как это самая закрытая от общественных глаз и контроля система.

На этом печальная история Ларисы Н. не закончилась. Лариса была не согласна с тем, как с ней поступили, и искала справедливости и понимания. Она читала много периодических изданий и в одном из таких прочла статью о мальчике-поэте, которого не понимали в школе. Лариса написала в редакцию свою историю, и ей пришёл ответ. Вот что рассказывает Лариса:

«Несмотря на то, что письмо было адресовано мне, его вскрыла и прочитала директор школы, Шавро Елена Борисовна. После этого директор вызвала к себе в кабинет весь наш класс и сказала: “Дети, не общайтесь с ней, она – психически больная!”. Потом вызвала к себе отца и меня, и сказала, что у неё образцовая школа, и она не допустит, чтобы в школу приезжали журналисты и психически больной человек её “поливал грязью”. Сказала, что выгонит меня из школы с таким позором, что меня больше никогда не возьмут ни в одну школу. По наставлению директора школы и завуча, отец и мать стали следить за мной, чтобы я ничего не читала и не писала. На сельской почте всех предупредили о том, что я психически тяжело больна, и чтобы мои письма никуда не отправляли.

Моя жизнь, отношение ко мне окружающих становились всё хуже. В поисках справедливости я отправила письмо в редакцию в то время популярной газеты “Комсомольская правда” и в редакцию украинского телевидения “Молодёжная студия Гарт”. Из редакции газеты “Комсомольская правда” моё письмо переслали в город Переяслав-Хмельницкий секретарю горкома комсомола, Довгий Валентине Петровне. Она приехала ко мне домой и в присутствии родителей сказала: “Живи детка и радуйся! Не вздумай больше никуда писать и жаловаться, иначе я сама отдам тебя в психушку или колонию строгого режима. Я запрещаю тебе читать газеты, книги и журналы, запрещаю ходить в школу!”

Редакция  украинского телевидения  “Молодежной студии Гарт” моё письмо передала в детскую редакцию украинского телевидения. Из детской редакции в школу приехала журналист, Рысюк Инга Борисовна, которая пообщавшись с директором школы и со мной сказала, что про меня и мою школу приедут с телевидения снимать репортаж».

После этого, по инициативе директора школы, Лариса второй раз оказалась в психиатрическом учреждении. На этот раз в Павловской психиатрической больнице №1 города Киева.

В этой истории хорошо видна типичная для психиатрии ситуация, которая существует по сей день. Любого человека за его взгляды, убеждения или действия можно просто уничтожить, используя психиатрическую систему, в которой царят: жестокость, психотропные (изменяющие сознание) препараты и закрытость от любого внешнего контроля или вмешательства. Это позволяет раздавить личность, не дать ей быть тем, кем он есть или думать так, как она хочет и не давать действовать, добиваясь справедливости. По сей день ситуация идентична той, что была 20-30 лет назад. Психиатрические принципы и способы «помощи» те же – они абсолютно не изменились.

Вот что Лариса рассказывает о том, как в психиатрии ей «помогали» справиться с желанием добиться справедливости:

«Меня раздели догола, разрешив одеть только плавки. Они завели меня в место в тоннеле наподобие кладовой, где оставили мою одежду и одели на меня новый с этикеткой большой и длинный, серый х/б халат, поверх которого старую, светло-зелёную выгоревшую фуфайку с закатанными длинными рукавами, в которых из дырок торчала вата. На голые, босые ноги мне одели большие мужские солдатские ботинки с торчащими внутрь острыми, тонкими гвоздями. От металлических острых гвоздей, впивавшихся в мясо голых подошв, ноги были в крови, опухли от ран, сильно болели и долго не заживали…

Меня поместили в “тяжелую” палату строгого режима № 6, в которой находилось 30 психически тяжелобольных взрослых человека. Санитарки “пасли” их палками, как скот, и ругались таким сплошным пошлым матом, какого я себе в жизни даже не представляла. Я узнала, что попала в “Павловскую”. Из палаты никого никуда не выпускали. Еду приносили в палату. В туалет выводили только после многочисленных просьб в сопровождении двух санитарок. Кто-то, не допросившись, не выдерживал, тогда санитарки одевали на него смирительную рубашку с длинными рукавами и избивали деревянной табуреткой и ногами. После этого медсёстры кололи ему уколы и говорили, что он “буйный”.

Больше всего на свете боялись лаборатории, куда, по рассказам, раз в месяц кого-нибудь из отделения забирают. Там на нём делают опыты, во время которых он терпит такие нечеловеческие муки, что теряет рассудок и память, превращаясь в дебила и умирая либо там же, либо по пути в отделение, либо уже в отделении, находясь в “шестой” палате. Мне рассказывали о них и показывали, когда санитарки вывозили их на инвалидной коляске из “шестой” палаты в туалет: тяжелобольных, полупарализованных, с перекошенными лицами, по которым нельзя было определить ни возраст, ни мужчина это или женщина…

Рассказывали, что до того, как их забрали в лабораторию, они были нормальными и находились в палате №7. Такая же участь ожидала тех, кто пытался отсюда сбежать.

Через несколько дней, не проводя никакого обследования, лечащий врач, кандидат медицинских наук, Савченко Валерий Петрович назначил мне лечение от шизофрении: “Со следующего дня – уколы инсулина”. Женщины из палаты № 7 показали мне больных, какими они стали после лечения шизофрении уколами инсулина: беспомощные (их водили санитары), толстые, с явными признаками психической заторможенности и ненормальности на лице. Мне рассказали, что в малой дозе эти уколы лечат сахарный диабет, а в большой приводят к необратимым, разрушительным процессам в коре головного мозга и смерти».

В психиатрии отсутствуют эффективные методы помощи человеку. Единственный их метод – это сломить волю, запугать, «излечить» страхом и переключить внимание на невыносимые побочные эффекты от приема психиатрических препаратов.

Активная жизненная позиция в столь юном возрасте помогла Ларисе Н. выжить в этой непростой ситуации – журналисты детского телеканала способствовали её освобождению из психиатрической системы. Впоследствии ей удалось много добиться в жизни, пронеся с собой через годы эту историю. Лариса получила два высших образования, имеет хорошую работу, дом, уют. И вот, что она написала в своём заявлении в Гражданскую комиссию по правам человека:

«Возможно, всё то, что я пережила и описала, поможет вам в расследовании и раскрытии механизмов преступлений и насилия над личностью, которые безнаказанно и вполне “законно” осуществляются за стенами психиатрических больниц. Поможет в целях борьбы с таким негативным явлением, как принудительное лечение за убеждения и взгляды, приводящее к психологическим травмам, психической ненормальности и психической инвалидности пострадавшего – ранее психически нормального и здорового человека».

*****************************************
Если вы сами или ваши близкие пострадали в результате психиатрического вмешательства или лечения, пожалуйста, сообщите об этом в Гражданскую комиссию по правам человека Украины:

+38 (067) 465-33-05
info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!

Спасён от принудительного лечения в психушке

При содействии Гражданской комиссии по правам человека (ГКПЧ) Марине П. удалось спасти супруга от принудительного лечения в психиатрической больницы, куда его упрятала собственная мать.

принудительное лечение фото

20 апреля в офис ГКПЧ Украины в Киеве поступило обращение от Марины. Она сообщала, что её супруга Николая (имена изменены) насильно забрали в психиатрическую больницу им. Павлова и не позволяют с ним увидеться. Ранее, в феврале у Николая случилась черепно-мозговую травма. В период операции и лечения он был под опекой матери, которая препятствовала его отношениям с Мариной и не давала им встречаться. Когда здоровье Николая улучшилось, и последствия травмы остались позади, мать не смогла более удерживать сына своими силами и прибегла к помощи санитаров психиатрической бригады. Николая без долгих разговоров увезли в закрытый стационар – сценарий использования психиатрии в карательных целях сработал безотказно. Однако никаких психических расстройств и жалоб никогда ранее Николай не имел и к психиатрам не обращался. По словам Марины, причиной его принудительной госпитализации и отказа в посещении, стало то, что «мама написала заявление, что бы никого к нему не пускали».

Есть несколько случаев принудительной (недобровольной) госпитализации в психиатрическую больницу. Если такое случилось, самостоятельно выбраться из психушки практически невозможно. Но родственник, друг или даже просто знакомый могут помочь, если сделают ряд простых действий. Вот типичные варианты принудительной психиатрической госпитализации:

  • Человек сам обратился к психиатру, но через время решил отказаться от лечения. Если его не выпускают из психиатрической больницы, то с этого самого момента его госпитализация рассматривается как принудительная.
  • Человека силой доставили в психиатрическую больницу, и под давлением психиатров он подписал согласие на госпитализацию и лечение. Хотя в действительности не хочет лечения в стационаре.
  • Человека насильно доставили в психиатрическую больницу и без подписанного согласия на госпитализацию его удерживают и лечат.

В нашем случае была принудительная госпитализация без подписанного согласия на лечение. В теории Николай должен написать об этом заявление главному врачу и вопрос будет решён. Но в этом и была проблема: Николая полностью изолировали от внешнего мира и соблюдать его законные права не спешили. Марина связалась с правозащитником из ГКПЧ Украины и получила исчерпывающую инструкцию о том, как можно действовать для достижения результата. Первое, что она сделала – написала от своего имени заявление главному врачу больницы о незаконной госпитализации и нарушении прав пациента, предусмотренных статьями 3, 4, 5, 25 и 26 Закона Украины о психиатрической помощи. Заявление она подала через канцелярию: один экземпляр оставила в больнице, а второй с датой принятия заявления и входящим номером оставила у себя и с ним 21 апреля отправилась к заведующей отделением.

Но заведующая отделением не пожелала её слушать и, сославшись на заявление матери «никого к нему не пускать», просто-напросто захлопнула перед Мариной дверь. Будучи в тесном взаимодействии с ГКПЧ Марина не отступила, а отправилась прямо к главному врачу. Сообщила ему, что ей запрещают навещать мужа и что его содержание здесь происходит с нарушением закона и прав человека. Главврач изучил заявление, вник в ситуацию и, узрев нарушения в действиях сотрудников Павловки, распорядился разрешить Марине посетить её гражданского мужа Николая.

Прямо в палате Николай с помощью Марины и в соответствие с рекомендациями сотрудника Гражданской комиссии по правам человека написал заявление о незаконности помещения его в психиатрический стационар. И уже через час они оба были дома. К счастью, эта история завершилась быстро и благополучно. А что могло случиться с человеком, не действуй Марина решительно и не требуя соблюдения прав и законов? Какая участь ожидала психически здорового человека, которому просто по желанию родственника могли назначить принудительное лечение опаснейшими психиатрическими препаратами? И каким образом продолжает существовать эта система пожизненного заключения в закрытых психиатрических заведениях? Вопросов много. Но какие выводы уже можно сделать из этой истории:

Главное: психиатрия по-прежнему остаётся карательным институтом под удар которого может попасть любой неугодный кому-то человек.

Второй важный момент: сотрудники психиатрических заведений понимают, что их действия далеко не всегда правомерны и одна лишь настойчивость Марины заставила главврача признать эти нарушение и исправить ситуацию.

И последнее: действуя решительно и по букве закона, можно добиться соблюдения ваших прав психиатрами, прекратить произвол и спасти близкого человека, если он вдруг стал жертвой злоупотреблений со стороны психиатрической системы.

*****************************************
Если вы сами или ваши близкие пострадали в результате психиатрического вмешательства или лечения, пожалуйста, сообщите об этом в Гражданскую комиссию по правам человека Украины:

  • +38 (067) 465-3305
  • +38 (066) 803-5583
    info@cchr.org.ua
Понравилось? Поделись!

Выставка о психиатрии помогла освободить невинного

25 сентября 2015 в Одессе завершила свою работу международная выставка «Психиатрия: индустрия смерти». В течение месяца она была открыта для одесситов и гостей города и показала рекордные для Украины результаты.

«Выставка, переворачивающая сознание» – так с самых первых дней журналисты окрестили этот социально-просветительский проект, ставший одним из самых ярких событий для Одессы. Экспозиция, которая представляет собой исторический экскурс в прошлое и показывает подлинный ужас психиатрии, ровно месяц принимала нескончаемый поток посетителей. Документальные истории и факты из жизни реальных пациентов психбольниц со всего мира были представлены на 15 стендах и сопровождались документальными фильмами, основой которых стали интервью 160 экспертов и тысячи живых историй, раскрывающих величайшее мошенничество: психиатрическое лечение – это всего лишь бизнес. Самый прибыльный, самый жестокий, циничный, беспощадный и опасный для людей.

psihiatriia_industriia_smerti

За время работы выставки «Психиатрия: индустрия смерти» её посетило 22 790 человек, что на пять с половиной тысяч больше, чем в Киеве в 2013-14 году. Получено 1 599 положительных отзывов, вышло шесть сюжетов на главных ТВ-каналах Одессы, каждый из которых имеет охват до 2 млн. человек, три статьи в периодической печати, две из которых во всеукраинской газете «Сегодня» и сотни публикаций в интернет-СМИ.

Одним из важных событий стало то, что к команде ГКПЧ, работающей на выставке обратилась Виктория В. в интересах своей 75-летней тёти Савельевой В.А., которую по решению суда в Полтаве принудительно поместили в психиатрическую больницу. Вот обстоятельства этого дела: есть заявление Савельевой о том, что она не больна, не согласна лечится в стационаре и готова пройти курс лечения амбулаторно. Есть показания свидетелей-соседей, которые сообщают, что Савельева не нуждается в госпитализации и есть заявление племянницы Виктории В., которая так же сообщала об отсутствии необходимости принудительной госпитализации. А на другой чаше весов правосудия находилось мнение врача-психиатра, который настаивал на принудительной госпитализации. Как заявила в суде Савельева, это направление от психиатра на принудительную госпитализацию полностью сделано её затем с целью избавится от неё и завладеть её недвижимостью. Суд выбрал вторую чашу и постановил закрыть Савельеву в психушку…

Благодаря квалифицированной юридической помощи, апелляционная жалоба по этому решению была рассмотрена. 22 сентября дело в суде было выиграно, и гражданка Савельева оказалась не закрытой в психиатрической лечебнице, а свободной. Это является крайне важным моментом: всякий раз, когда суд беспристрастно рассматривает дела о подобных попытках устранить неугодного человека с помощью психиатрического мнения о его нормальности, то обнаруживается подтасовка, ложные документы, неверное мнение врача и прочее. Количество пострадавших от психиатрического вмешательства может уменьшиться в сотни раз лишь от того факта, что психиатрия будет введена в рамки закона, перед которым все равны и врач-психиатр, прикрывающийся добрыми помыслами, не должен иметь никаких особых скрытых привилегий.

*****************************************
Если вы сами или ваши близкие пострадали в результате психиатрического вмешательства или лечения, пожалуйста, сообщите об этом в Гражданскую комиссию по правам человека Украины:

+38 (067) 465-33-05
info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!

Заключённые без суда и следствия

На сегодняшний день в 55 психоневрологических интернатах Украины (ПНИ) проживают около семи тысяч человек. Большинство из них находится там без оснований и против своей воли. Это большая проблема для общества.

Контингент ПНИ имеет две основные категории. Первая – это бывшие воспитанники детских домов. Лишившись родителей в раннем возрасте, они проходят через детские дома и, получив психиатрический ярлык «умственная отсталость», отправляются на постоянное проживание в психоневрологические интернаты. Вторая категория – неугодные люди. Путём несложной, отработанной схемы с участием психиатров, в ПНИ можно отправить практически любого человека.

Ещё в 2011 году тогдашний уполномоченный по правам ребёнка Украины Людмила Волынец, сообщила изданию segodnya.ua, следующий факт: из 100 воспитанников детского дома интерната для слабоумных Голопристанского района Херсонской области, 80 человек были из этого же Голопристанского района. И дело не в эпидемии слабоумия в районе, дело в том, что здоровым детям-сиротам ставили ложные диагнозы и заполняли ими опустевший интернат, преследуя личную выгоду.

zhizn`_v_PNI

При участии Гражданской комиссии по правам человека, правозащитников, прокуратуры и независимых наблюдателей в ряде интернатов Украины проводились проверки, которые обнаружили устрашающие факты. Около 90% воспитанников ПНИ, незаконно лишены гражданских прав и признаны недееспособными. По словам активистов лишь 5% имеют реальные умственные отклонения, а остальные могут жить в обществе. При этом каждый 12 сирота – имеет психиатрический диагноз, что на порядок превышает показатель любой европейской страны. В одном только Новосавицком психоневрологическом интернате за 10 лет умерло 134 воспитанника. При вместимости интерната 250 человек – это больше чем один в месяц.

Призванные заботиться о людях с особенностями, психоневрологические интернаты напротив представляют собой адское вместилище с нечеловеческими условиями жизни и элементами карательной психиатрии, такими как связывание и закалывание аминазином и галоперидолом. Это дешёвые и потому самые распространённые препараты, которые применялись в советской карательной психиатрии. Первый доставляет сильнейшие физические страдания, второй – превращает человека в растение. Однако по факту подавляющее большинство воспитанников – это люди, которые не получили должного воспитания и образования, педагогически запущенные дети, с трудным детством и сложной судьбой. И эта запущенность, а прямо говоря – невыполнение детскими домами своих обязанностей по воспитанию и обучению, является основанием для постановки психиатрического диагноза и перевода на пожизненное существование в стены психоневрологических интернатов.

Не менее мрачная картина и в отношении неугодных, которых путём махинаций упекают в стены ПНИ. Даже опасный преступник может выйти на свободу по окончании срока наказания. Но психиатрическая система сегодня единственный институт, в котором люди по-прежнему могут пропадать бесследно и навсегда. У таких людей нет возможности защищать себя в суде и за месяц или два, лишённые своих гражданских прав, они оказывается на пожизненном заключении в психоневрологическом интернате, без малейшего шанса на справедливость. Зачастую инициаторами процедуры признания недееспособности выступает сама администрация психиатрической больницы или ПНИ, и они же становятся главными опекунами. Эти дельцы используют брешь в законе  Украины. В нём отсутствует действующий правовой механизм, по которому лишённый дееспособности человек мог бы восстановить свои права. В то время как его опекуны меньше всего заинтересованы в восстановлении этих самых законных прав на жизнь и имущество.

Важным моментом в решении этой проблемы является пересмотр законодательства о порядке госпитализации. Также необходимы изменения в правовом механизме лишения и восстановления дееспособности и ответственности опекуна. Однако первым шагом должна стать прозрачность системы психиатрических больниц и психоневрологических интернатов. Полная открытость для общественного контроля. Пока система является изолированной от мониторинга со стороны правозащитников и общественных организаций, и единственным законом в ней является субъективное мнение отдельно взятого психиатра, в ней будет процветать бесправие, насилие и мошенничество. Будет и дальше существовать эта машина человеческих жертвоприношений.

Полный текст доклада ГКПЧ о ситуации в ПНИ Украины с реальными историями воспитанников (файл pdf)

Если вы сами или ваши близкие пострадали в результате психиатрического вмешательства или лечения, пожалуйста, сообщите об этом в Гражданскую комиссию по правам человека Украины

+38 (067) 465-33-05
е-mail: info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!

Психоневрологические интернаты Украины: заключённые без суда и следствия

В конце августа 2015 года Гражданской комиссией по правам человека был выпущен специальный доклад о положении дел в психоневрологических интернатах Украины. Доклад приурочен к открытию международной социально-просветительского проекта «Психиатрия: индустрия смерти». Выставка с 25 августа проходит в Одесском Арт-Центре им. А. Коробчинского. На пресс-конференция по случаю официального открытия проекта присутствовали воспитанники ПНИ Одесской области, которые прошли через ад интернатов и рассказали о том, что же происходит в стенах заведений, призванных заботится о людях с особенностями.

В докладе представлена полная информация о ситуации с нарушением прав человека в интернатах, о влиянии психиатрического вмешательства на судьбы воспитанников, о карательных мерах и правонарушениях в стенах ПНИ.

Обращение президента Гражданской комиссии по правам человека Украины, Анастасии Вилинской.

Vilinskaia_AnastasiiaЗдравствуйте!

Этот доклад выпущен с целью сделать известным факты вопиющих нарушения прав человека в психоневрологических интернатах Украины.

В Гражданскую комиссию по правам человека Украины постоянно приходят заявления от граждан о нарушении их прав в связи с психиатрией. В числе таких нарушений: незаконное помещение в психиатрическую больницу с целью лишения имущества, неправомерное лишение дееспособности, причинение вреда здоровью психиатрическим вмешательством, включая сообщения о смерти пациентов в психиатрических стационарах и др.

Среди всех обращений самый большой процент — это сообщения о нарушении прав подопечных психоневрологических интернатов, включая сообщения о массовых смертях подопечных в возрасте от 18 до 45 лет.

Полный текст доклада Гражданской комиссии по правам человека (файл pdf)

Понравилось? Поделись!

Великорыбальский интернат: изнанка психиатрии (видео 18+)

7 августа 2014 в Одесской области была проведена проверка психоневрологического интерната. В состав комиссии входил представитель Гражданской комиссии по правам человека Украины. По результатам проверки была составлена резолюция, которую направили заместителю губернатора Одесской области. Год спустя мы сообщаем об изменениях в Великорыбальском интернате, ужасы которого стали известны далеко за пределами области.

Грязь, грибок на потолках и стенах, инфекционные заболевания, отсутствие  воды и канализации – это лишь вершина айсберга. Сами обитатели интерната представляли собой ужасное, жалкое зрелище. От нечеловеческих условий содержания, отвратительной пищи и издевательств со стороны персонала люди были сплошь в ранах и язвах. Самое печальное, что каждого из них вместо нормальной пищи закармливали сверхдозами психотропных препаратов. Это забирало  остатки здоровья и последнюю надежду. Государственные деньги, выделяемые на учреждение, растворялись вместе с пенсиями обитателей интерната.

После проверки заведения с участием представителя Гражданской комиссии по правам человека Украины в интернате сменилось руководство, после чего и произошли значительные перемены. Самым важным стало то, что пациентам перестали давать разрушающие человека психотропные препараты в качестве профилактического средства. Большая заслуга в этом известного в Одесской области правозащитника, Макаровой Татьяны Владимировны. Подробности в сюжете.

Если вам известны случаи злоупотреблений в психиатрии, вы или ваши знакомые пострадали от действий психиатров, то вы можете связаться с нами:

Украина, г. Киев, телефон:

  • +38 (067) 465-33-05,
  • +38 (067) 465-33-06

е-mail: info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!

Лучше держаться от них подальше

Так на вопрос волонтера Гражданской комиссии по правам человека «Известны ли Вам случаи успешного психиатрического лечения?» ответил врач. Опрос был проведён среди представителей общих врачебных специальностей. Из опрошенных 58% сообщили, что не знают случаев, когда психиатры кого-то вылечили и большинство считает, что психиатрические препараты ухудшают состояние человека и его физическое здоровье.

Анализируя ответы специалистов традиционной медицины (которая базируется на объективных показателях, таких как анализы и лабораторные исследования), можно сделать вывод, что в целом врачи имеют представление о вреде и опасности, которые несёт в себе псевдонаучность психиатрии. Кроме того вновь стала очевидна печальная картина: пережиток темного прошлого, высокомерно напялив на себя статус эксперта человеческих душ, паразитирует на системе здравоохранения и пожирает деньги налогоплательщиков. Перемены в государственном укладе Украины многое сделали известным, включая тот факт, что психиатры являлись инициаторами и карательным органом тоталитарных режимов. Однако до сих пор психиатрия, как часть государственной системы, остаётся одной из самых закрытых областей.

Doclady` GKPCh

Такая изоляция от общественных институтов является причиной и способствует постоянным нарушениям прав человека, физических увечий вследствие жестокого обращения и непоправимого вреда душевному здоровью людей. Если с помощью анализов нельзя обнаружить биохимические нарушения или отклонения в организме, то ЧТО психиатры лечат химическими препаратами? Об их способности помогать человеку в решении душевных проблем красноречиво говорит тот факт, что психиатры имеют высочайший процент самоубийств среди представителей других профессий. И крайне высоки показатели суицидов среди тех, кто так или иначе столкнулся с психиатрическим лечением. Громадное влияние на эти цифры оказывают психиатрические препараты, длительный приём которых может нормального человека довести до действительного помешательства, а являясь наркотическими веществами, вызывать настолько сильную психологическую и физическую зависимость, что значительная часть самоубийств происходит в период отвыкания от них.

Есть ли решение этой проблеме? Безусловно. Психиатрия продолжает существовать лишь до тех пор, пока она остаётся закрытой от глаз общества, пока её никто не контролирует и не проверяет деятельность этой системы. Как только общественность и ведомственные структуры узнают, ЧЕМ на самом деле является психиатрия и что она несёт в общество, начинают происходить перемены. Яркий тому пример – закрытие психиатрического отделения в Верхнеднепровске (Украина, Днепропетровская область). Причиной исчезновения в этом городе отделения психиатрической больницы, стало просвещение.

Несколько лет назад группа активистов стала распространять в городе правду о психиатрии. Просветительские буклеты с докладами Гражданской комиссии по правам человека, плакаты и журналы, которые без прикрас давали факты о психиатрии. Разрушение общества, насилие над престарелыми, уничтожение талантов, растление молодёжи, сексуально насилие, разжигание расизма и терроризм – это лишь малая часть зла, которое проникает в общество через психиатров. Когда эта информация стала известна учителям, госслужащим, врачам и простым местным жителям, то через какое-то время прекратилось финансирование психиатрического отделения и его двери закрылись навсегда. Сейчас в помещении бывшей психиатрической больницы Верхнеднепровска находится православный храм. К великой радости священники, в отличие от психиатров, знают о том, что душа существует, и она может быть спасена.

Psihiatriia_Verkhnedneprovsk

За дополнительной информацией обращайтесь в Гражданскую Комиссию по Правам Человека в Украине, г. Киев, телефон:
+38 (067) 465-33-05
е-mail: info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!

В психиатрическом заведении пропала трёхлетняя девочка!

В это трудно поверить, однако в начале июня в Гражданскую комиссию по правам человека поступило заявление от гражданки Пустовойтовой Анны Владимировны о том, что пропала её трёхлетняя дочь.

detskaia psihiatriia

На заявление матери о похищении милиция отреагировала пассивно. Позже вмешалась Служба опеки, которая по словам матери её права усиленно игнорирует. При этом отец ребёнка легко находит с опекой общий язык. Такое отношение Службы опеки проясняется по ходу изучения заявления, когда проявляется ещё один участник этой ситории – психоневрологический диспансер города Харькова.

Итак, со слов матери девочка в свои три года была вполне самостоятельной, никаких жалоб на здоровье, тем более психическое, не было:

«… мой ребенок Пустовойтова М.П. 2011 года рождения обслуживала себя сама: говорила, сама ела, пользовалась горшком, пользовалась столовыми приборами и чашками, а так же одевалась и чистила зубы».

Накануне пропажи между Пустовойтовой и её супругом произошла ссора, в результате которой отец силой забрал ребёнка. Мать предполагает, что пытаясь скрыть побои, он и обратился в Харьковский ПНИ, где прятал ребёнка более трёх недель. Как водится у психиатров, основание для нахождения девочки в психиатрической больнице нашлось сразу. Но липовый диагноз «подозрение на аутизм и задержка в речевом развитии», не могут быть причиной госпитализации в психоневрологический интернат! Такое принудительное помещение в стационар с приёмом психиатрических препаратов в трёхлетнем возрасте является грубейшим нарушением и просто бесчеловечно.

Подобно Бермудскому треугольнику психиатрическая система продолжает беспощадно поглощать в себя людские жизни и маленький ребёнок не стал исключением. В настоящий момент Служба опеки покрывает этот случай и препятствует тому, чтобы мать могла хотя бы увидеть своё дитя. Из-за отсутствия чётких нормативов по таким ситуациям разлука с матерью и лечение ребёнка психотропными препаратами, вызывающими необратимые последствия в организме даже взрослого человека, длится уже более пяти месяцев.

В ГКПЧ Украины уже поступали жалобы о подобных случаях «пропажи» людей, и разрешить их в реалиях нынешней психиатрической системы не просто. Попав в эту чудовищную машину, человек может быть лишён всех своих прав и стать буквально вещью, принадлежащей опекуну. В эту систему вход бесплатный, но выход больно дорог! Нет внятного правового механизма, который мог бы разрешать подобные ситуации. В случае с маленьким ребёнком вообще не установолен никакой порядок действий, однако он отлучён от матери и его «лечат». О том, что любой психиатрический диагноз – это всего лишь субъективное мнение отдельного «врача», которое не может быть ни доказано, ни опровергнуто известными медицинскими способами, такими, как анализы, не стоит и говорить. Мировое сообщество всё шире признаёт факт предвзятости и полной несостоятельности психиатрии, как отрасли медицины. Из-за постоянных противоправных злоупотреблений в этой сфере Италия, например, отказалась от государственного института психиатрии. В Грузии прошли колоссальные реформы психиатрии и было снесено даже здание психиатрической лечебницы. Но этот случай с ребёнком поражает своей абсурдностью и жестокостью. И беда в том, что у Службы опеки действительно нет никаких нормативных актов, которые определяют права матери. Похоже на разбой – прав тот, кто сильнее. И жертвой бездушной машины в этот раз стал маленький ребёнок!

Вот что сообщила нам мать:

«Наталья Анатольевна (опека октябрьского р-на г.Харькова) 20.05.15, во время составления акта о месте проживания моей дочери по адресу г.Харьков ул. Нариманова д.6.кв 51, утверждала что видела мою дочь около 18:00 вечера и ребенок был с её слов только что проснувшийся ото сна и в майке. Что это за распорядок дня такой? Они что держат мою дочь на снотворном? Или других препаратах, что бы проблем не доставляла? Возможно, ребенок им надоел и любовь уже закончилась, и ребенка необходимо срочно госпитализировать, а возможно и на всю оставшуюся жизнь, ведь 26.05.15 г Комиссия решала вопрос о принудительном повторном отправлении ребенка на лечение в психиатрию. Так же Опека забыла уведомить меня о том, что 26.05.15 будет Комиссия, на которой будет решаться принудительная госпитализация ребенка».

От чего и какими лекарствами лечат эту несчастную кроху психиатры? Какова настоящая причина помещения её в психоневрологический диспансер? Мы очень надеемся, что в ближайшее время удастся получить ответы на эти вопросы и виновные понесут свою долю ответственности. Но в очередной раз неумолимо встаёт вопрос: «Что это за система такая – государственная психиатрия, которая подобно Богу, может по собственной прихоти решать судьбы людей?». Нужен ли за деньги налогоплательщиков этот бездушный карательный пережиток социалистической диктатуры нашей стране?

За дополнительной информацией или если вы или ваши знакомые пострадали от действий психатров, обращайтесь по телефонам: +38 (067) 465-33-05, +38 (067) 465-33-06 или на е-mail: info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!

Десять тысяч мёртвых душ

13 мая 2015 Центральный телевизионный канал 1+1 выпустил шокирующий материал о том, как обстоят дела в украинской психиатрии.

«Інспектор Фреймут. Психіатричні лікарні» – это 7 серия второго сезона журналистских расследований Ольги Фреймут. Известие о том, что следующим объектом проверок станут психиатрические больницы, создало шумиху в прессе ещё до их начала. И тому были основания. Более 10 тысяч «мёртвых душ» изначально полностью здоровых, в большинстве своём, людей находится в психиатрических больницах Украины.

Каждая такая душа приносит 8000 гривен своему владельцу, которым, как правило, выступает руководство интернатов. 80 миллионов гривен бесконтрольного оборота даёт этот «бизнес» своим владельцам! Вероятно, поэтому, потерявших человеческий облик псевдо врачей от психиатрии, не беспокоят искалеченные судьбы обреченных на мучения граждан нашей страны.

(смотреть сюжет на официальном канале)Freymut

Нынешний Министр охраны здоровья Украины, Александр Квиташвили уверен, что только при широкой поддержке общественности возможно изменить это наследие дремучего прошлого. При поддержке волонтёров и общественных организаций можно сломить бюрократическую махину, как это случилось в братской Грузии, где центральную психиатрическую больницу ликвидировали вместе со зданием. Чтобы от варварского и глубоко циничного человеческого жертвоприношения, коим является карательная система психиатрии, не осталось и следа.

Если вы или ваши родственники столкнулись с нарушением прав человека в области психиатрии, вы можете обратиться в ГКПЧ Украины по тел:
+38 067-465-33-05
+38 099-299-10-99
или пишите на e-mail: info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!

МОЗ Украины бессильно против психиатрической системы

В ноябре 2014 исполнится год с момента выхода на телеканале 1+1 сюжета о незаконном лишении дееспособности гражданина Дудыка Д. Н. В сюжете рассказывается, что причиной помещения Дмитрия Дудыка в психушку и жестокого с ним обращения стала его собственность – квартира в Киеве. Дмитрия Николаевича практически похитили из его собственной квартиры четыре санитара психиатрической помощи. В больнице ему предложили дать выкуп за свободу, но денег не было, и он остался там навечно.

Благодаря несложной махинации родственников в сговоре с врачом-психиатром Дмитрий Николаевич Дудык очень быстро был признан недееспособным и тем самым лишён всех своих гражданских прав. Однако в сюжете мы видим абсолютно адекватного человека с добрыми глазами, который и рассказывает о произошедшем. Благодаря Ольге Дмитриевне Нетяга этот случай нарушения прав стал известен, но сразу после этого ей строго запретили навещать Дмитрия Дудыка. С тех пор его судьба стала ещё одной тайной, скрытой за воротами психоневрологического интерната.

Гражданская комиссия по правам человека совместно с Ольгой Нетягой смогла добиться личной встречи с Министром здравоохранения Украины Олегом Степановичем Мусием. После тщательного рассмотрения этой ситуации нарушения прав было вынесено официальное решение о необходимости проведения независимой психиатрической экспертизы. Поскольку Дмитрий Дудык оказался в интернате по решению комиссии врачей психиатров, было предложено провести экспертизу независимой комиссией. В неё должны войти врачи как психиатрического профиля, так и традиционной медицины, чтобы исключить общие заболевания. Ведь, как известно, около 70% обычных заболеваний тела могут вызывать душевные расстройства. Олег Степанович Мусий прямо на встрече распорядился провести такую экспертизу и принял заявление от Ольги Дмитриевны. После чего последовали месяцы молчания.

12 сентября 2014 года Ольга Дмитриевна получила письменный ответ от МОЗ Украины.

Otvet_MOZ

В нём говорится, что Ольга Дмитриевна Нетяга не является опекуном Дмитрия Дудыка и потому не имеет права получать какую либо информацию о своем друге Дудыке Д.Н. Складывая вместе все эти данные: сюжет телеканала 1+1, рассказ самого Дмитрия Николаевича (за всё время его «психической болезни» ему ни разу даже не дали лекарств – «хотя бы ради приличия») и завесу тайны над происходящим, возникает резонный вопрос: «Кто стоит за этим заговором против человека и не пора ли МОЗ что-то с этим сделать?».

Между Дмитрием Дудыком и его гражданскими правами вполне комфортно, в его же квартире, расположился «опекун» – его родственники, задача которых заботится о нём. Но вместо этого они исполняют роль непробиваемого щита между Дмитрием Дудыком, его правами и распоряжениями Министра здравоохранения. Слишком это похоже на примитивный преступный сговор, в котором вновь замешана система психиатрии. Сам Дмитрий Михайлович, в силу несовершенства закона о психиатрической помощи, который действует на территории Украины, не имеет никаких прав для восстановления своей дееспособности. Он даже не имеет права на смену опекуна, который явно не выполняет свои обязанности и действует против своего подопечного.

Гражданская комиссия по правам человека будет и далее требовать восстановления прав Дудыка Дмитрия Николаевича и рассчитывает на содействие со стороны представителей исполнительной власти.

За дополнительной информацией обращайтесь в ГКПЧ Украины
+38 (067) 465-33-05
+38 (067) 465-33-06
е-mail: info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!