Халатность психиатра и галоперидол унесли жизнь известного актера

Смерть российского актера театра и кино Дмитрия Марьянова трагична и внезапна. Причина смерти заставляет содрогнуться и в очередной раз задаться вопросом: кто они такие – психиатры?

По информации из открытых источников незадолго до гибели Дмитрий был доставлен в закрытую клинику для избавления от алкогольной зависимости. По свидетельствам тех, кто находился в этом закрытом заведении, вместо очищающих капельниц с питательными веществами – типичная для выведения из запоя практика – Дмитрию Марьянову давали высокие дозы психотропных препаратов.

Мужчина, который утверждает, что лечился в этой же клинике, сообщил Рен-ТВ:

«Ну, привезли его неделю-полторы назад. Он был явно похмельный, имел признаки запоя. Ночь он провел нормально. Потом началась «белая горячка», он начал бредить. Медиков там не было никаких. Ни о чём вроде капельниц речи не шло. Дистанционно разговаривали с каким-то врачом, который посоветовал колоть галоперидол, аминазин, клофелин. Если не помогала маленькая доза, дозу увеличивали. Потом он уснул. После нескольких дней пребывания он решил поехать домой. Начал собираться. Но это заведение закрытого типа. Его оставили. Начали снова колоть лекарства. Наверное, организм человека просто не выдержал. Наверное, всё это привело к тому, что тромб оторвался».

Препараты аминазин и галоперидол применяют при лечении шизофрении. Но из-за своего жуткого воздействия на человека ими злоупотребляют и активно используются в психиатрии для карательных целей. Ими закалывали диссидентов,  чтобы сломить волю человека, ими наказывают провинившихся воспитанников интернатов, их вкалывают тем, кто «плохо себя ведёт». Клофелин – сильное снотворное, которое буквально вырубает человека в считанные минуты – печально известен своей криминальной историей. Жертве в напиток добавляли несколько капель и человек в полной «отключке».

По не уточнённым ещё данным (ведётся расследование) в ряде стран Европы и в Англии галоперидол запрещён к применению. При этом он входит в перечень основных лекарственных средств Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) при психических заболеваниях. В Украине же практически каждое из обращений пострадавших от психиатрического вмешательства в Гражданскую комиссию по правам человека (ГКПЧ) имеет историю лечения галоперидолом, зачастую насильственно. И то, что испытывают люди от этих «лекарств», трудно вписать в рамки медицинской помощи.

Всякое применение психиатрических препаратов – это каждый раз откровенный эксперимент. Методы обращения с людьми в заведениях, связанных с психиатрией, удручают своей жестокостью и бесцеремонностью. Так же, как и удивляет то, что раз за разом «убийцам в белых халатах» сходит с рук их некомпетентность и полное пренебрежение правами людей и даже их жизнями…

Если вы пострадали от вмешательства психиатра в вашу жизнь или столкнулись с жестокостью и нарушением ваших прав, обращайтесь в Гражданскую комиссию по правам человека

тел: +38 (067) 465-3305; +38 (066) 803-5583
е-mail: info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!

Антидепрессанты – причина массовой бойни в Лас-Вегасе

Более 58 человек погибли и сотни получили ранения в результате массового расстрела в Лас-Вегасе. 62-летний американец Стивен Пэддок 1 октября 2017 открыл огонь по 30-тысячной толпе посетителей кантри-фестиваля. Это самая кровавая бойня за всю историю США. Преступник вёл огонь с 32 этажа отеля казино Mandalay Bay. В течение 10-15 минут он выпустил в толпу около 1000 патронов.

В 2011 году Стивен Пэддок выиграл судебный иск против отеля Cosmopolitan и из материалов дела известно, что он был азартным игроком и мог играть на суммы до миллиона долларов за ночь. Для «успокоения нервов» и «от чрезмерного беспокойства» он долгое время принимал антидепрессант валиум (диазепам). Препарат был прописан ему врачом-терапевтом Стивеном Уинклером и последний раз назначен 21 июня 2017.

Диазепам относится к седативно-гипнотическим веществам. Этот психотропный препарат (бензодиазепин) входит в циклобарбитал, реланиум, валиум, сибазон, реладорм. Могут назначить при неврозах, психозах, шизофрении, эпилепсии, в качестве антидепрессанта и противосудорожного средства.  В виду значительной доступности наркозависимые могут его использовать для уменьшения «ломки». Усиливает действие снотворных, наркотических препаратов, анальгетиков и алкоголя. Длительный приём вызывает зависимость. Имеет ярко выраженные побочные эффекты, такие как психотические срывы и вспышки агрессивного поведения.

В 2014 году в австралийском журнале по психиатрии было опубликовано исследование, согласно которому «использование бензодиазепинов умерено связано с последующим агрессивным поведением».

В 2015 году было проведено исследование, согласно которому из 960 осуждённых за убийство финских подростков и взрослых, вероятность совершения ими убийства возрастала на 45% во время приёма антидепрессантов.

Доктор Майкл Фёрст, профессор клинической психиатрии Колумбийского университета, эксперт по противотревожным препаратам и антидепрессантам сказал, что «финское исследование говорит само за себя»

Доктор Мел Пол – главный медицинский сотрудник Центра реабилитации в Вегасе ­– говорит, что «… если вы применяете диазепам в качестве успокоительного к тому, у кого основная проблема агрессия, он может стать ещё более агрессивным. Это может активно проявить хроническое эмоциональное состояние, как если вы даёте кому-то алкоголь, и он не засыпает, а становится агрессивным».

Известная голливудская звезда Kirstie Alley в своём твитере написала:

Общим знаменателем «стрелков» является массовое использование в США психиатрических препаратов. Высок процент побочных эффектов НАСИЛИЕ И САМОУБИЙСТВО.

Десятки подобных случаев, включая расстрелы подростками в школах, показывают чудовищную картину. Человек, имеющий проблему, после психиатрического вмешательства становится настоящим чудовищем…

По материалам reviewjournal.com

Понравилось? Поделись!

Егор Летов, панк-рок и закон Украины о психиатрии

13 мая 2016 года Гражданская комиссия по правам человека обратилась в комитет по вопросам здравоохранения при Верховной Раде с рекомендацией внести поправки в Статью 16 «Закона Украины о психиатрической помощи».

В этой статье закона описана процедура помещения в психиатрический стационар и последовательность действий при недобровольной госпитализации. Поправка состоит в том, чтобы запретить лечение психиатрическими препаратами при недобровольной госпитализации до судебного слушания о правомерности такой госпитализации и необходимости психиатрического лечения. В противном случае нельзя гарантировать объективность решения суда. Если человек находится под воздействием препаратов, то судья будет видеть не самого человека и оценивать его состояние, а будет наблюдать то, что из него сделали психиатрические «лекарства».

закон_о_психиртрии_Уркаина

Откроем инструкцию к галоперидолу – самому распространенному препарату, который в первую очередь применяют в украинских психиатрических больницах. Среди побочных эффектов от применения указаны: головокружение, состояние беспокойства, тревожность, психомоторное возбуждение, страх, акатизия (чувство внутреннего двигательного беспокойства, навязчивой потребности двигаться или менять позу, неспособность спокойно сидеть или оставаться без движения), эйфория, депрессия, эпилептические припадки и т.п. В таком случае судья не сможет оценить истинное состояние человека. Он лишь увидит губительное действие препаратов, не подозревая об этом.

Яркой иллюстрацией является выдержка из автобиографии лидера популярной панк-группы постсоветского периода «Гражданская оборона», Егора Летова. Поздней осенью 1985 года Летова отправили на принудительное лечение в психбольницу, где он пробыл по март 1986 года. В автобиографии Летов так описал этот период:

«Я находился на “усиленном обеспечении”, на нейролептиках. До психушки я боялся того, что есть некоторые вещи, которые человек может не выдержать. На чисто физиологическом уровне не может. Я полагал, что это будет самое страшное. В психушке, когда меня начали накачивать сверхсильными дозами нейролептиков, неулептилом – после огромной дозы неулептила я даже временно ослеп – я впервые столкнулся со смертью или с тем, что хуже смерти.

Это лечение нейролептиками везде одинаково, что у нас, что в Америке. Всё начинается с “неусидчивости”. После введения чрезмерной дозы этих лекарств типа галоперидола, человек должен мобилизовать все свои силы, чтобы контролировать своё тело, иначе начинается истерика, корчи и так далее. Если человек ломается, наступает шок; он превращается в животное, кричащее, вопящее, кусающееся. Дальше по правилам следует “привязка”. Человека привязывают к кровати и продолжают колоть, пока у него не перегорит “по полной”. Пока у него не случится необратимое изменение психики.

Это подавляющие препараты, которые делают из человека дебила. Эффект подобен лоботомии. Человек становится после этого “мягким”, “покладистым” и сломанным на всю жизнь. Как в романе «Полёт над гнездом кукушки». В какой-то момент я понял – чтобы не сойти с ума, я должен творить. Я целый день ходил и сочинял: писал рассказы и стихи. Каждый день ко мне приходил “Манагер”, Олег Судаков, которому я передавал через решётку всё, что написал».

Егор Летов в психиатрической больнице

В Гражданскую комиссию по правам человека Украины приходят сотни историй людей, которые испытали на себе подобное воздействие психиатрических препаратов. У них есть одно общее  – здоровый человек, которого тем или иным образом принудительно закрывали в психушку, за считанные часы становился «невменяемым» из-за губительного влияния психиатрических препаратов.

Эта лазейка – несовершенство закона, позволяет до сих пор использовать психиатрию в карательных целях, в мошенничестве с недвижимостью и создаёт крайне опасную для любого из граждан ситуацию. Именно эти обстоятельства определяют важность принятия поправок к Статье 16, «Закона Украины о психиатрической помощи», запрещающих применение психотропных препаратов при принудительной госпитализации до решения суда.

*****************************************
Если вы сами или ваши близкие пострадали в результате психиатрического вмешательства или лечения, пожалуйста, сообщите об этом в Гражданскую комиссию по правам человека Украины:

+38 (067) 465-33-05
info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!

И снова разрушительные антидепрессанты

2 апреля 2016 года в Гражданскую комиссию по правам человека обратилась Ирина М. (имя изменено). В 2012 году на консультации у психиатра без какого-либо медицинского обследования, за несколько минут беседы Ирина получила рецепт на сильнодействующий антидепрессант.

Причиной обращения Ирины стал эмоциональный спад, который в психиатрии принято считать болезнью и называть «депрессией». Без анализов, рентгена и любых других медицинских исследований, за считанные минуты Ирине был поставлен диагноз и выписан антидепрессант. С её слов, три года приёма выписанного препарата не улучшили, а лишь ухудшили её психическое и физическое состояние.

antidepressanty

Ирина сообщила, что единственными ощутимыми следствиями приема антидепрессанта стали побочные явления: набор веса, запоры, хроническая усталость. Через время появилось жуткое чувство тревоги, тремор рук и ног, тошнота, отсутствие аппетита и приливы жара в теле. При попытке отмены препарата к этому всему добавились сильное головокружение и ощущение «электрических разрядов» в мозгу. С таким набором «результатов лечения» Ирина обратилась к психиатру, у которой наблюдалась, и получила следующее предложение: прекратить приём этого антидепрессанта, заменив его другим.

Вот что сообщает Ирина о новом антидепрессанте: «Принимала три месяца. Во время приема препарата ощущалась сильная усталость – умственная и физическая, а также мышечная дрожь. Развились акатизия (акатизи´я – состояние, постоянного или периодически возникающего неприятного чувства внутреннего двигательного беспокойства, внутренней потребности двигаться или менять позу; проявляется в неспособности человека спокойно сидеть в одной позе или долго оставаться без движения, прим. автора) и хроническая бессонница, которая не проходит уже месяц после отмены приема препарата».

Как ни странно, но ни о каких подобных результатах длительного приёма антидепрессанта психиатр не предупреждала свою пациентку, никаких разъяснений о возможных побочных эффектах сделано не было и со всеми последствиями такого «лечения» сегодня Ирина вынуждена справляться сама. Никакой ответственности за губительное воздействие назначенного антидепрессанта психиатр не понёс. Всё, что стало результатом этой истории, каких уже сотни тысяч, – загубленное здоровье человека, искавшего помощи, и прибыль в кармане психиатра и производителя опасных таблеток.

Сегодня фармацевтическая промышленность ежегодно тратит 22 миллиарда долларов на распространение своих препаратов через врачей. Это целых 90% от расходов на маркетинг (!), которые направлены на постоянное увеличение объёма выписываемых препаратов. Такая антигуманная практика распространяется словно вирус, подменяя подлинную цель врача – помочь обрести или восстановить здоровье, – на ложную цель – выписать больше рецептов на препараты подороже. В результате врачи разных специальностей по всему миру с готовностью выписывают психотропные препараты и антидепрессанты людям, которые им доверяют свои жизни.

Причина в том, что психиатры, заявляя себя экспертами в области душевного здоровья, но не имея ни малейшего представления о том, как помогать человеку и не имея ни одного случая излечения от душевного недуга, убедили научный мир и общественность, что их методы безопасны, необходимы и решают хоть какую-то проблему. Но правда заключается в том, что методы психиатров лишь создают ещё большие проблемы. А их связка с фармацевтическими компаниями создала рыночную нишу, приносящую более 150 тысяч долларов прибыли каждую минуту.

*****************************************
Если вы сами или ваши близкие пострадали в результате психиатрического вмешательства или лечения, пожалуйста, сообщите об этом в Гражданскую комиссию по правам человека Украины:

+38 (067) 465-33-05
info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!

Открытый показ документального фильма «Незримый враг: скрытые планы психиатрии»

15 сентября 2015 (вторник) в 14:00, Одесса, ул. Пушкинская 32, Арт-центр Коробчинского  Гражданская комиссия по правам человека Украины приглашает на открытый показ документального фильма «Незримый враг: скрытые планы психиатрии».

Войска – это испытательный полигон психиатрии. «Незримый враг» разоблачает тайную операцию, стоящую за самоубийствами Nezrimy`i`_vragсреди военных. Прямо сейчас в Украине стремительно растет число рецептов на психотропные препараты, выписываемые воинам АТО. Каждый из таких препаратов имеет опасные побочные эффекты. Повышение агрессивности и суицидальные умонастроения отражают растущие цифры случаев насилия, жестокости и саморазрушения военнослужащих.

Психиатры заявляют, что этот всплеск порождён потрясениями войны, и что военным нужно ещё больше психиатрии. Но стоит ли этому верить?

Факты мировой практики таковы:

  • Каждый день 23 солдата и ветерана совершают самоубийство, как результат длительного приема антидепрессантов;
  • Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) – это выдуманный психиатрический диагноз, не имеющий научных подтверждений;
  • Ежедневно 22 ветерана, принимающие психотропные препараты, совершают самоубийство;
  • 351 солдат и ветеран умерли от внезапной остановки сердца. Большинство из них были молодыми и в наилучшей физической форме.

В психиатрии известно, что психотропные препараты ничего не лечат, а лишь маскируют симптомы, и также хорошо известны опасные побочные эффекты препаратов, включая вероятность привыкания. Однако психиатры заявляют, что польза от препаратов превышает число побочных эффектов. Так ли это?

Фильм «Незримый враг» раскрывает неприглядные подробности вмешательства психиатров в процесс реабилитации солдат. Наши защитники должны знать: существуют безопасные и эффективные НЕ психиатрические способы избавиться от боевого стресса, при которых не надо подвергаться опасным процедурам и принимать токсичные вещества, убивающие здоровье.

Узнайте правду о том, как психиатрия может разрушить нашу армию, и какой возможен выход из сложившейся ситуации.

Звоните: +38 (067) 465 33 05
email: info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!

Кому нужна психиатрия в вооружённых силах Украины?

Последние несколько недель в интернет СМИ периодически появляется информация о плачевной ситуации с психическим состоянием бойцов из зоны АТО. Якобы значительная часть солдат, возвращаясь из районов боевых действий, попадают прямиком в психиатрические больницы. Новость ужасная, но правдивая ли она?

Psihiatriia_v_armii

Рассмотрим проблему в корне. Участие в боевых действиях сопряжено с большим риском  и максимальным напряжением физических и душевных сил. В периоды активных боёв возможны нерегулярное питание, экстремальное лечение в полевых условиях с применением высоких доз антибиотиков, недосыпание и другие трудности военного быта. Такие вещи могут накапливаться и  вызывать то, что известно как «стресс». Теперь вопрос: «какое отношение к этому имеет психиатрия?».

Самое прямое, но не такое, как пытаются представить отдельные СМИ и психиатрическое сообщество. Как показывает опыт других стран и ряд случаев с военнослужащими АТО, вмешательство психиатрии в процесс реабилитации солдат опасно! Мировой медицине не известны случаи, чтобы психиатрия кого-то излечила от душевного недуга. Однако общественности и правозащитникам известны сотни и сотни случаев, когда выдуманный диагноз ставил точку на человеке и тот мог пропасть в зарешёченных окнах психиатрических лечебниц навсегда. И также известно огромное количество случаев внезапной смерти, немотивированной агрессии, жестоких приступов депрессии, необратимых нарушений в эндокринной системе и фатального ухудшения физического здоровья, как побочные эффекты применения психиатрических препаратов.

Следующий момент – широко известный плачевный опыт армии США. После того, как психиатрам удалось протиснуться в американскую армию, получить бюджетные деньги и доступ к процессу реабилитации солдат, количество самоубийств среди военнослужащих увеличилось в разы. Если в 2012 году в военных конфликтах погибло 311 военных, то от психиатрического «лечения» 349! За последние 10 лет количество самоубийств превысило все прочие потери личного состава и 60% суицидных случаев – это пациенты военной психиатрической службы. Стоит добавить ветеранов, которые вдруг брали в руки оружие и устраивали массовые расстрелы мирных граждан. В крови таких «стрелков» следствие обнаруживало психиатрические препараты, выяснялось, что несчастный в это время пытался отказаться от психиатрических лекарств или проходил курс «психологической помощи» в психиатрическом заведении.

Более ранняя история обнаруживает психиатрический след за самыми ужасными и кровавыми событиями на нашей планете. Третий Рейх и Вторая мировая война – архивные документы вскрыли факты прямого участия психиатров в её развязывании. За каждым безумным диктатором в той или иной мере стоит тенью это псевдомедицинское ответвление. Так с чем же мы имеем дело в Украине? Для чего в СМИ запускается информация о необходимости психиатрического вмешательства в реабилитацию солдат ВСУ? Это попытка очернить бойцов, сражающихся за Украину или исключительно бизнес и желание получить финансирование на свою невнятную деятельность? А может это и то и другое разом? Заявить, что солдаты из зоны АТО психически больны, получить под это финансирование, психотропными препаратами создать психоз – это единственный результат воздействие психотропов на человека – получить массу смертельных случаев от побочных эффектов этих самых препаратов и затребовать ещё больше бюджетных средств на решение этой новой проблемы.

Нужна ли такая беда самим военнослужащим, их семьям, нам с вами и государству в целом? Ответ очевиден – НЕ НУЖНА. Положительный момент в том, что у государства не хватает средств на обеспечение психиатрических аппетитов. Стоило бы ужесточить контроль в этой области и проследить, чтобы на подобные, вредные для общества эксперименты и впредь на доставало бюджетных (то есть, наших с вами) средств. Чтобы бойцам оказывалась реальная и понятная помощь, предоставляемая врачами-специалистами, которые действуют на основании выявленных с помощью анализов и точных врачебных тестов заболеваний. Но не отдавать людей на откуп так называемым «врачам», которые диагностируют собой же придуманные болезни, существование которых научными методами никак не подтверждено. Психиатрические заболевания «создаются» на психиатрических симпозиумах методом голосования – за что проголосовало большинство, то и становится новым заболеванием.

Что касаемо ситуации, то достаточное питание, витамины, отдых и компетентное медицинское лечение могут творить чудеса, в то время как таблетки от депрессии, стресса и ужасов войны, ничего не решив, своими побочными эффектами создадут настоящую проблему. Ведь через короткое время у нас вполне могут появиться ветераны, которые агрессивно ведут себя в быту и представляют настоящую угрозу для общества, как это до сих пор происходило там, где в процесс вмешивались психиатры.

Понравилось? Поделись!

Психотропные препараты необходимо отменить

Применение психотропных препаратов в реабилитационной медицине и психиатрии – по-прежнему одна из самых острых тем в правозащитном поле. Особое внимание к вопросу вызвано активными попытками психиатров участвовать в процессе реабилитации воинов из зоны АТО и оказания психологической помощи пострадавшим.

7022524_m

Безусловно, сами бойцы АТО, гражданские лица из оккупированных территорий и все те, кто находятся непосредственно в гуще военных событий, нуждаются в психологической помощи и социальной реабилитации. Однако, по мнению Гражданской комиссии по правам человека (ГКПЧ) Украины, участие психиатрических служб с использованием психотропных препаратов не решит проблему, но может её значительно усугубить. Традиционные психиатрические способы помощи в таких ситуациях являются опаснейшей миной замедленного действия.

Обратимся к зарубежному опыту. Ранее мы публиковали данные, как рост ассигнований на психотропные препараты для армии США сказался на статистике самоубийств среди военнослужащих. Если за последние 10 лет расходы на препараты выросли на 400%, то количество самоубийств выросло сначала вдвое, а затем превысило потери личного состава от автомобильных аварий, сердечных заболеваний, рака, убийств и прочих нештатных ситуаций. Причём, 20% от общего числа суицидных военнослужащих принимали антидепрессанты, 41% – только что прошли амбулаторную поведенческую психологическую терапию.

Это поразительный эффект психиатрической практики – количество неприятностей в той сфере, куда психиатры направляют свою энергию с целью решить проблему не только не уменьшается, но вспыхивает подобно эпидемии.

Посмотрим на Европейский опыт. Не так давно на страницах уважаемого медицинского журнала Великобритании The BMJ датский медик Петер Гетцше опубликовал результаты своих исследований, в которых утверждает, что:

«Польза от применяемых в психиатрии препаратов минимальна, ущерб для здоровья велик, а использовать их стоит исключительно при острой фазе заболеваний».

Петер Гетцше говорит о том, что слишком часто результаты клинических исследований психиатрических препаратов содержат фальсификации. Побочные эффекты преуменьшаются, польза преувеличивается, умалчиваются случаи летального исхода, и совсем ничего не говорится об «эффекте ломки», который снимается назначением следующего препарата.

Теперь обратимся к правам украинцев. Есть весьма интересная статья в  УК Украины:

Статья 315. Склонение к потреблению наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов

  1. Склонение определенного лица к потреблению наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов — наказывается ограничением свободы на срок до пяти лет или лишением свободы на срок от двух до пяти лет.
  2. То же действие, совершенное повторно или в отношении двух либо более лиц, или в отношении несовершеннолетнего, а также лицом, ранее совершившим одно из преступлений, предусмотренных статьями 307, 308, 310, 314, 317 Уголовного Кодекса, — наказывается лишением свободы на срок от пяти до двенадцати лет.

Как в свете этой статьи уголовной ответственности следует расценивать факты принудительного лечения в психиатрии? Чем с точки зрения Закона являются случаи многочисленных обращений пациентов психиатрических заведений с жалобами на принуждение, недобровольную госпитализацию, жестокое обращение и факты серьёзных нарушений здоровья вследствие приема навязанных психиатрических препаратов?

Благодаря усилиям ГКПЧ Украины, к этой ситуации и возможным новым серьёзным проблемам было привлечено внимание общественности, правозащитных организаций, СМИ, Прокуратуры и в том числе Ольги Богомолец – народного депутата, правозащитника, Заслуженного врача Украины, доктора медицинских наук и профессора Национального медицинского университета им. Богомольца в Киеве. Вот что пишет личный сайт народного депутата о проблеме:

«Если сравнивать с американским опытом, то многие знают, что во время вьетнамской войны погибло 58 000 американских солдат. А вот то, что в течение десяти лет после, 62 000 американских солдат покончили жизнь самоубийством в мирное время – это мало кому известно. Как собственно и то, что 50% ветеранов сидели в тюрьмах по статье о превышении агрессии. Наша задача сегодня – дать шанс и возможность всем тем, кто возвращается с войны, стать значительно лучше и избавиться от последствий, причиненных ужасами войны».

Это заявление Ольга Вадимовна сделал во время рабочего визита в Днепропетровск, где посетила ряд психиатрических заведений, включая детское учреждение и психиатрическую больницу со строгим надзором МЗ Украины, в которой находятся пациенты, совершившие тяжкие преступления и направленные на лечение по решению суда. Необходимость серьёзного реформирования современной системы государственной психиатрии не вызывает сомнений. В этой связи Ольга Богомолец обсудила изменения, которые необходимо вносить в протоколы лечения. Медикам потребуется предоставить свои предложения в законодательство в области психиатрии. В ближайшее время при содействии Института судебной и медицинской психиатрии МЗ Украины должны быть разработаны новые законодательные акты, которые призваны регулировать эту специфическую сферу медицины, вводя её в правовое поле и внося больше гуманности и разумности в деятельность психиатров.

Главная задача Гражданской комиссии по правам человека (ГКПЧ) Украины сейчас – сделать закрытую доселе от сторонних глаз психиатрию открытой для проверок, общественного влияния и реформирования. Психиатрия до сих пор является одной из самых проблемных областей, доставшихся Украине наследием социалистического прошлого. Активное участие граждан в деятельности нашей общественной организации, волонтёрство  и прямая помощь ГКПЧ Украины значительно ускорят процесс реформирования психиатрической системы. И каждый из вас может внести свой вклад в создание лучшего, безопасного будущего для нашей страны.

За дополнительной информацией вы можете обратиться в ГКПЧ Украины по тел:
+38 067-465-33-05
+38 099-299-10-99
e-mail: info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!

Скушай, деточка, таблетку

На три месяца выпала из реальной жизни Оксана, после приёма всего одной таблетки экспериментального антидепрессанта, якобы доставленного с гуманитарной помощью.

original_1332163314

Эта история, как и большинство, приходящих в Гражданскую комиссию по правам человека Украины, начинается с принудительной госпитализации в психиатрическую клинику. Из-за личных несогласий внутри семьи родной дед пытается «исправить» свою внучку с помощью психиатров. Пройдя без диагноза несколько этапов принудительного лечения, 20 летняя Оксана (имя изменено прим. автора) получает от психолога рекомендацию на препарат, одна таблетка которого выключает её из жизни на три месяца.

Після того як я і мої рідні звернулися в ту клініку відразу, коли це сталося, психіатр і психолог сказали, що різні люди реагують по різному і вони поняття не мають, чому так сталося. Відмовилися від подальшого лікування чи надання мені будь-якої допомоги і порадили звернутися у міську психіатричну клінічну лікарню, щоб мене збутися, куди я не звернулася після такого що сталося. Я не могла концентрувати увагу, все тіло жахливо боліло також була емоційна біль. Я пам’ятаю біль і те, що я нічого не могла з цим зробити. Хотілося покінчити з собою. Тоді я не скоро прийшла в себе.

В Львовскую психиатрическую больницу М.В. поместил внучку, дав психиатру взятку. Чтобы «воздействие» было эффективнее, он регулярно покупал психотропные препараты, которыми кормили Оксану. Как рассказывает девушка, за ней приехала очень старая машина Скорой помощи и ей предложили проехать в больницу. Отказ Оксаны от госпитализации проигнорировали, а в больнице её принудили подписать согласие на лечение.

Дід посприяв поміщенню мене проти моєї волі в психіатричну клініку м. Львова, платив психіатру та купував психотропні препарати через які у мене були жахливі побічні ефекти. Психіатри надоїли з нього багато грошей, переконали в тому, що я ніколи нічого не досягну, а також його переконали в тому, що лише психіатри та антидепресанти можуть вилікувати, хоч це лише пошкодило та він нічого не хотів слухати. Хотів навіть найняти мені опікуна і переписати йому три поверховий особняк, хоч я чудово даю собі раду сама і не потребую опіки. Можете уявити собі моє обурення. Зараз я з ним не живу і не спілкуюся.

Из истории Оксаны следует, что единственной понятной причиной её нахождения в психиатрической лечебнице были деньги. Иначе как объяснить то, что столько времени её содержали без постановки диагноза?

Практично у всіх лікарів мені не ставили ніякого діагнозу, один лікар намагався поставити діагноз різновидності аутизму на підставі того, що я в дитинстві любила ходити по бордюру, як і багато інших дітей. Лікар назвав себе діагностом. Здебільшого мене мало що питали і лікарів часто не цікавило те, що я хотіла розказати про власне самопочуття чи дію ліків. У лікарні під час оглядів лікар міг не прийти і його не цікавило як я почуваюся чи на що скаржуся. Обіцяної діагностики так і не було проведено. Більше говорили з моїми предками щось їм втирали про лікування так як з них тягнули гроші. Не розумію як мене взагалі могли лікувати без діагнозу, жодної діагностики, навіть нормально зі мною не поговоривши. Після того як тебе накачають тобі стає так погано, що ти вже не можеш навіть поскаржитися і після цього родичам говорять бачите як помогло, пацієнт став «спокійнішим».

То, что психиатрические диагнозы – всего лишь субъективные мнения тех, кто называет себя врачами, уже не является тайной. Такие диагнозы не могут быть подтверждены или опровергнуты известными медицинскими методами. Однако в нашей истории не было сделано даже этого отвлекающего манёвра. Вседозволенность отдельных элементов психиатрического наследия советской эпохи возмутительна столь откровенным нарушением прав человека. Последствия такого произвола могут быть фатальны – там, где нарушаются права личности, общество быстро деградирует. Вот что о своём лечении рассказывает Оксана:

Мене сковувало, паралізувало, я задихалася, не могла нормально говорити, постійна сонливість з неможливістю заснути – це було від того, що мені примусово кололи в лікарні. Після лікарні десь рік не могла нічого уявити, створювати візуальні образи в уяві, не могла займатися медитацією, щоб покращити свій стан. І часто сняться кошмари, я до них вже звикла.             

Такое издевательство над человеком под видом лечения в цивилизованном обществе не допустимо. Особенно, если действительной целью психиатрических манипуляций является полное уничтожение личности. Если бы Оксана не предприняла действий, которые помогли покинуть клинику, её мог ожидать следующий этап «лечения» – электрошоковая терапия (ЭСТ).

Я збрехала, що мені добре і мене нічого не турбує, а ще я збрехала перед лікарем,  що причинене мені насильство, як він того домагався, було вигаданим…

[ЭСТ]Пропонували вже після того як я виписалася, через діда, але я звичайно відмовилася знаючи, що це може мені сильно зашкодити. Притому пропонували його як новий революційний метод, хоч пропускання електричного струму через голову використовували ще з часів СССР.

За консультації платив мій дід, котрі були пустими балачками, здебільшого зі мною майже не говорили, щось втирали моїм родичам навіть в моїй присутності. Також він платив за препарати. У нього хороша зарплата і пенсія ось йому, і крутили голову і доїли гроші.

И уже после всего этого, обратившись к невропатологу с жалобами на головную боль, Оксана получила ту самую «волшебную пилюлю», которая выключила её из жизни на три месяца.

Мене скерувала на МРТ в Чорнобильську лікарню лікар невропатолог з  Львівського медінституту після приступу сильної головної болі. Там мені порадили звернутись у клініку, що знаходиться в приміщенні лікарні до психолога. Діагноз мені не говорили. Так  за рекомендацією психолога, коли я вже йшла на поправку і не приймала психотропних препаратів, тоді психіатр запропонувала мені антидепресант по її словах доставлений в клініку, як гуманітарна допомога, після цієї таблетки мене вирубало на 3 місяці.

В Гражданскую комиссию по правам человека Украины, чья цель – разоблачение злоупотреблений и придание гласности нарушений прав человека в психиатрической практике, девушка обратилась с жалобой на принудительное лечение и ужасные условия в самой больнице:

… примусовое i під тиском поміщення хворих в лікарні та клініки такого типу, погані умови, погане харчування від якого хворі сильно поправляються, жахливі умови перебування, несправність душу, жахливий санвузол, сильно накурено, там почуваєшся як в тюрмі без прав і свобод не так як у справжній лікарні у лікарів, що лікують справжні захворювання. Написала б про те як мене отруїли антидепресантом в клініці, а потім відмовилися як небуть допомагати після того, що сталося.

До этого она обращалась в местное управление милиции, но ей отказали в помощи, даже не составив протокол. Она просит помощи и защиты от принудительного лечения и посягательств на её гражданские права:

Допомогу у разі примусової госпіталізації чи спробах визнати мене не дієздатною. Захистити від призначення будь-якого лікування психотропними препаратами в майбутньому чи застосуванні проти мене електрошокової терапії. Я знаю, що з іншими людьми таке було і без підписання відповідних паперів чи будь-якої їхньої на те згоди.  

В настоящий момент Гражданская комиссия по правам человека помогает Оксане отстоять свои права и избежать психиатрического произвола. ГКПЧ – это общественная некоммерческая организация, которая существует исключительно благодаря тому, что есть в нашем обществе неравнодушные люди, понимающие, что своё государство они строят сами. Пока под личиной медицинского учреждения на деньги налогоплательщиков существует такая система, как государственная психиатрия – закрытая тайная область, регулярно приносящая человеческие жертвы своей алчности и бездушности – наша работа не окончена.

Не розумію як мене взагалі могли лікувати без діагнозу, жодної діагностики, навіть нормально зі мною не поговоривши. Після того як тебе накачають тобі стає так погано, що ти вже не можеш навіть поскаржитися і після цього родичам говорять бачите як помогло, пацієнт став «спокійнішим». Мене тішить те, що я бачу як з цим борються, як щось міняється в цьому світі на краще.

Зараз я не приймаю жодних психотропних чи інших ліків і почуваюся добре. Займаюся спортом. Можу пити настоянки з трав і слідкувати за тим, що їм. Цікаво, що є багато речей, які справді допомагають і вони аж ніяк не пов’язані з психіатрією

Если вы или ваши родственники столкнулись с нарушением прав человека в области психиатрии, вы можете обратиться в ГКПЧ Украины по тел:
+38 067-465-33-05
+38 099-299-10-99
или пишите на e-mail: info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!

ВАЖНО ЗНАТЬ! Памятка участникам боевых действий

Вы вернулись из зоны боевых действий, вы видели смерть, разрушения, боль. Конечно, это не проходит бесследно, и такие события могут вызывать ЕСТЕСТВЕННЫЕ реакции на стрессовые ситуации – вы можете быть огорчены, расстроены, подавлены, злы.

ПТСРВ 1980 году психиатры присвоили такому состоянию ярлык «посттравматическое стрессовое расстройство» – ПТСР, и утверждают, что это является дисфункцией мозга. Но ни каких научных доказательств этого психиатрия не имеет.

Как и многие другие «расстройства», ПТСР не был подтвержден результатами научных исследований. Представители психиатрических кругов после обсуждения попросту проголосовали за его включение в «Руководство по диагностике и статистике». На основании этого руководства и только сегодня в психиатрии ставят все диагнозы.

Вот примеры последствий подобного решения из мировой практики:

  • 37% ветеранов недавних войн лечатся от ПТСР, 80% из них получают психотропные препараты (препараты которые влияют на сознание, разрушают клетки мозга и выводят из строя нормальную работу организма).
  • С 2003 года расходы на приобретение препаратов для лечения ПТСР в США увеличились на 400%.
  • С 2005 по 2011 год в Министерстве обороны США количество рецептов на психиатрические препараты выросло почти в 7 раз. Официально каждый шестой военнослужащий США принимает хотя бы один психиатрический препарат.

Помимо возможных ужасных побочных эффектов от приёма психиатрических препаратов, есть еще и такой интересный факт: они ничего не лечат.

Как же работают психотропные препараты?

Они изменяют поведение, притупляя ваши чувства. Это мешает человеку разобраться в происходящем  и отгораживает его от окружающего. Такому явлению уже есть название – «деперсонализация». Это становится особенно опасным, когда препараты вызывают другой побочный эффект – импульсивное насилие.

С 2006 года количество тяжких преступлений на сексуальной почве и случаев насилия в семьях военных США и Европы выросло на 30%, а жестокое обращение с детьми в таких семьях выросло на 43%.

Всё это происходит одновременно с ростом количества препаратов, прописанных солдатам в западных странах. Есть случаи, когда солдаты под воздействием психиатрических препаратов совершают убийства.

С 2002 года число самоубийств в армии США почти удвоилось, а с 2009 по 2012 год число самоубийств военнослужащих США превзошло потери солдат от автомобильных аварий, сердечных заболеваний, рака и убийств. Ветеранам приходится хуже всего. Каждый день 22 из них совершают самоубийство – это один каждые 65 минут.

Может быть множество причин, по которым человек убивает себя, не связанных с побочными эффектами психотропных препаратов, но остается фактом, что 20% всех солдат, совершивших самоубийство в армии США, принимали антидепрессанты, а 41% только что прошли амбулаторную поведенческую психологическую терапию.

В психиатрии, чтобы предотвратить самоубийство, в обычном порядке выписываются антидепрессанты. Однако клинические тесты показывают, что эти препараты удваивают риск самоубийства. Фактически, все антидепрессанты, включая те, что прописывают для лечения «посттравматического стрессового расстройства» у военных, вдвое увеличивают частоту появления мыслей о самоубийстве.

«Никогда войскам не выдавалось столько препаратов, и рост самоубийств – это не просто совпадение», – говорит подполковник и клинический психолог армии США в отставке Барт Биллингс.

  • 11 мая 2009 года сержант Джон Рассел открыл огонь в клинике боевого стресса в Багдаде. Он убил 2 офицеров и 3 рядовых. Рассел принимал антидепрессанты.
  • 11 марта 2012 года в деревне в Афганистане сержант Роберт Бэйлс убил 16 человек, 9 из них были дети. Бэйли употреблял психотропный препарат.
  • 16 сентября 2013 года ветеран ВМС Аарон Алексис на базе ВМС в Вашингтоне убил из ружья 12 человек. Алексис принимал антидепрессант.

Есть десятки подобных случаев. Психотропные препараты и оружие не сочетаются – это рецепт трагедии.

Smertonosnost`_psihiatricheskikh_preparatovВнезапная смерть, вызванная токсичностью препаратов, – один из самых страшных эффектов приема психотропных препаратов. 351 солдат и ветеран США внезапно умерли от предполагаемой остановки сердца. Многие из них были молоды и в наилучшей физической форме.

Можно говорить о том, что в Украине этой проблемы нет и быть не может. Но прямо сейчас можно наблюдать развитие системы оказания психологической помощи. Психиатры публично твердят о необходимости медикаментозного лечения и это тот же сценарий, который был внедрён в армии США.

Если вам нужна дополнительная информация о ПТСР или каком-либо назначенном вам психотропном препарате, или вам известны факты, подобные описанным выше, звоните в Гражданскую комиссию по правам человека Украины по телефонам:
+38 (067) 465 3305
+38 (066) 803-5583
или пишите на e-mail: info@cchr.org.ua

С уважением, президент Гражданской комиссии по правам человека Украины, Анастасия Вилинская

Понравилось? Поделись!