Егор Летов, панк-рок и закон Украины о психиатрии

13 мая 2016 года Гражданская комиссия по правам человека обратилась в комитет по вопросам здравоохранения при Верховной Раде с рекомендацией внести поправки в Статью 16 «Закона Украины о психиатрической помощи».

В этой статье закона описана процедура помещения в психиатрический стационар и последовательность действий при недобровольной госпитализации. Поправка состоит в том, чтобы запретить лечение психиатрическими препаратами при недобровольной госпитализации до судебного слушания о правомерности такой госпитализации и необходимости психиатрического лечения. В противном случае нельзя гарантировать объективность решения суда. Если человек находится под воздействием препаратов, то судья будет видеть не самого человека и оценивать его состояние, а будет наблюдать то, что из него сделали психиатрические «лекарства».

закон_о_психиртрии_Уркаина

Откроем инструкцию к галоперидолу – самому распространенному препарату, который в первую очередь применяют в украинских психиатрических больницах. Среди побочных эффектов от применения указаны: головокружение, состояние беспокойства, тревожность, психомоторное возбуждение, страх, акатизия (чувство внутреннего двигательного беспокойства, навязчивой потребности двигаться или менять позу, неспособность спокойно сидеть или оставаться без движения), эйфория, депрессия, эпилептические припадки и т.п. В таком случае судья не сможет оценить истинное состояние человека. Он лишь увидит губительное действие препаратов, не подозревая об этом.

Яркой иллюстрацией является выдержка из автобиографии лидера популярной панк-группы постсоветского периода «Гражданская оборона», Егора Летова. Поздней осенью 1985 года Летова отправили на принудительное лечение в психбольницу, где он пробыл по март 1986 года. В автобиографии Летов так описал этот период:

«Я находился на “усиленном обеспечении”, на нейролептиках. До психушки я боялся того, что есть некоторые вещи, которые человек может не выдержать. На чисто физиологическом уровне не может. Я полагал, что это будет самое страшное. В психушке, когда меня начали накачивать сверхсильными дозами нейролептиков, неулептилом – после огромной дозы неулептила я даже временно ослеп – я впервые столкнулся со смертью или с тем, что хуже смерти.

Это лечение нейролептиками везде одинаково, что у нас, что в Америке. Всё начинается с “неусидчивости”. После введения чрезмерной дозы этих лекарств типа галоперидола, человек должен мобилизовать все свои силы, чтобы контролировать своё тело, иначе начинается истерика, корчи и так далее. Если человек ломается, наступает шок; он превращается в животное, кричащее, вопящее, кусающееся. Дальше по правилам следует “привязка”. Человека привязывают к кровати и продолжают колоть, пока у него не перегорит “по полной”. Пока у него не случится необратимое изменение психики.

Это подавляющие препараты, которые делают из человека дебила. Эффект подобен лоботомии. Человек становится после этого “мягким”, “покладистым” и сломанным на всю жизнь. Как в романе «Полёт над гнездом кукушки». В какой-то момент я понял – чтобы не сойти с ума, я должен творить. Я целый день ходил и сочинял: писал рассказы и стихи. Каждый день ко мне приходил “Манагер”, Олег Судаков, которому я передавал через решётку всё, что написал».

Егор Летов в психиатрической больнице

В Гражданскую комиссию по правам человека Украины приходят сотни историй людей, которые испытали на себе подобное воздействие психиатрических препаратов. У них есть одно общее  – здоровый человек, которого тем или иным образом принудительно закрывали в психушку, за считанные часы становился «невменяемым» из-за губительного влияния психиатрических препаратов.

Эта лазейка – несовершенство закона, позволяет до сих пор использовать психиатрию в карательных целях, в мошенничестве с недвижимостью и создаёт крайне опасную для любого из граждан ситуацию. Именно эти обстоятельства определяют важность принятия поправок к Статье 16, «Закона Украины о психиатрической помощи», запрещающих применение психотропных препаратов при принудительной госпитализации до решения суда.

*****************************************
Если вы сами или ваши близкие пострадали в результате психиатрического вмешательства или лечения, пожалуйста, сообщите об этом в Гражданскую комиссию по правам человека Украины:

+38 (067) 465-33-05
info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!

И снова разрушительные антидепрессанты

2 апреля 2016 года в Гражданскую комиссию по правам человека обратилась Ирина М. (имя изменено). В 2012 году на консультации у психиатра без какого-либо медицинского обследования, за несколько минут беседы Ирина получила рецепт на сильнодействующий антидепрессант.

Причиной обращения Ирины стал эмоциональный спад, который в психиатрии принято считать болезнью и называть «депрессией». Без анализов, рентгена и любых других медицинских исследований, за считанные минуты Ирине был поставлен диагноз и выписан антидепрессант. С её слов, три года приёма выписанного препарата не улучшили, а лишь ухудшили её психическое и физическое состояние.

antidepressanty

Ирина сообщила, что единственными ощутимыми следствиями приема антидепрессанта стали побочные явления: набор веса, запоры, хроническая усталость. Через время появилось жуткое чувство тревоги, тремор рук и ног, тошнота, отсутствие аппетита и приливы жара в теле. При попытке отмены препарата к этому всему добавились сильное головокружение и ощущение «электрических разрядов» в мозгу. С таким набором «результатов лечения» Ирина обратилась к психиатру, у которой наблюдалась, и получила следующее предложение: прекратить приём этого антидепрессанта, заменив его другим.

Вот что сообщает Ирина о новом антидепрессанте: «Принимала три месяца. Во время приема препарата ощущалась сильная усталость – умственная и физическая, а также мышечная дрожь. Развились акатизия (акатизи´я – состояние, постоянного или периодически возникающего неприятного чувства внутреннего двигательного беспокойства, внутренней потребности двигаться или менять позу; проявляется в неспособности человека спокойно сидеть в одной позе или долго оставаться без движения, прим. автора) и хроническая бессонница, которая не проходит уже месяц после отмены приема препарата».

Как ни странно, но ни о каких подобных результатах длительного приёма антидепрессанта психиатр не предупреждала свою пациентку, никаких разъяснений о возможных побочных эффектах сделано не было и со всеми последствиями такого «лечения» сегодня Ирина вынуждена справляться сама. Никакой ответственности за губительное воздействие назначенного антидепрессанта психиатр не понёс. Всё, что стало результатом этой истории, каких уже сотни тысяч, – загубленное здоровье человека, искавшего помощи, и прибыль в кармане психиатра и производителя опасных таблеток.

Сегодня фармацевтическая промышленность ежегодно тратит 22 миллиарда долларов на распространение своих препаратов через врачей. Это целых 90% от расходов на маркетинг (!), которые направлены на постоянное увеличение объёма выписываемых препаратов. Такая антигуманная практика распространяется словно вирус, подменяя подлинную цель врача – помочь обрести или восстановить здоровье, – на ложную цель – выписать больше рецептов на препараты подороже. В результате врачи разных специальностей по всему миру с готовностью выписывают психотропные препараты и антидепрессанты людям, которые им доверяют свои жизни.

Причина в том, что психиатры, заявляя себя экспертами в области душевного здоровья, но не имея ни малейшего представления о том, как помогать человеку и не имея ни одного случая излечения от душевного недуга, убедили научный мир и общественность, что их методы безопасны, необходимы и решают хоть какую-то проблему. Но правда заключается в том, что методы психиатров лишь создают ещё большие проблемы. А их связка с фармацевтическими компаниями создала рыночную нишу, приносящую более 150 тысяч долларов прибыли каждую минуту.

*****************************************
Если вы сами или ваши близкие пострадали в результате психиатрического вмешательства или лечения, пожалуйста, сообщите об этом в Гражданскую комиссию по правам человека Украины:

+38 (067) 465-33-05
info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!

Открытый показ документального фильма «Незримый враг: скрытые планы психиатрии»

15 сентября 2015 (вторник) в 14:00, Одесса, ул. Пушкинская 32, Арт-центр Коробчинского  Гражданская комиссия по правам человека Украины приглашает на открытый показ документального фильма «Незримый враг: скрытые планы психиатрии».

Войска – это испытательный полигон психиатрии. «Незримый враг» разоблачает тайную операцию, стоящую за самоубийствами Nezrimy`i`_vragсреди военных. Прямо сейчас в Украине стремительно растет число рецептов на психотропные препараты, выписываемые воинам АТО. Каждый из таких препаратов имеет опасные побочные эффекты. Повышение агрессивности и суицидальные умонастроения отражают растущие цифры случаев насилия, жестокости и саморазрушения военнослужащих.

Психиатры заявляют, что этот всплеск порождён потрясениями войны, и что военным нужно ещё больше психиатрии. Но стоит ли этому верить?

Факты мировой практики таковы:

  • Каждый день 23 солдата и ветерана совершают самоубийство, как результат длительного приема антидепрессантов;
  • Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) – это выдуманный психиатрический диагноз, не имеющий научных подтверждений;
  • Ежедневно 22 ветерана, принимающие психотропные препараты, совершают самоубийство;
  • 351 солдат и ветеран умерли от внезапной остановки сердца. Большинство из них были молодыми и в наилучшей физической форме.

В психиатрии известно, что психотропные препараты ничего не лечат, а лишь маскируют симптомы, и также хорошо известны опасные побочные эффекты препаратов, включая вероятность привыкания. Однако психиатры заявляют, что польза от препаратов превышает число побочных эффектов. Так ли это?

Фильм «Незримый враг» раскрывает неприглядные подробности вмешательства психиатров в процесс реабилитации солдат. Наши защитники должны знать: существуют безопасные и эффективные НЕ психиатрические способы избавиться от боевого стресса, при которых не надо подвергаться опасным процедурам и принимать токсичные вещества, убивающие здоровье.

Узнайте правду о том, как психиатрия может разрушить нашу армию, и какой возможен выход из сложившейся ситуации.

Звоните: +38 (067) 465 33 05
email: info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!

Кому нужна психиатрия в вооружённых силах Украины?

Последние несколько недель в интернет СМИ периодически появляется информация о плачевной ситуации с психическим состоянием бойцов из зоны АТО. Якобы значительная часть солдат, возвращаясь из районов боевых действий, попадают прямиком в психиатрические больницы. Новость ужасная, но правдивая ли она?

Psihiatriia_v_armii

Рассмотрим проблему в корне. Участие в боевых действиях сопряжено с большим риском  и максимальным напряжением физических и душевных сил. В периоды активных боёв возможны нерегулярное питание, экстремальное лечение в полевых условиях с применением высоких доз антибиотиков, недосыпание и другие трудности военного быта. Такие вещи могут накапливаться и  вызывать то, что известно как «стресс». Теперь вопрос: «какое отношение к этому имеет психиатрия?».

Самое прямое, но не такое, как пытаются представить отдельные СМИ и психиатрическое сообщество. Как показывает опыт других стран и ряд случаев с военнослужащими АТО, вмешательство психиатрии в процесс реабилитации солдат опасно! Мировой медицине не известны случаи, чтобы психиатрия кого-то излечила от душевного недуга. Однако общественности и правозащитникам известны сотни и сотни случаев, когда выдуманный диагноз ставил точку на человеке и тот мог пропасть в зарешёченных окнах психиатрических лечебниц навсегда. И также известно огромное количество случаев внезапной смерти, немотивированной агрессии, жестоких приступов депрессии, необратимых нарушений в эндокринной системе и фатального ухудшения физического здоровья, как побочные эффекты применения психиатрических препаратов.

Следующий момент – широко известный плачевный опыт армии США. После того, как психиатрам удалось протиснуться в американскую армию, получить бюджетные деньги и доступ к процессу реабилитации солдат, количество самоубийств среди военнослужащих увеличилось в разы. Если в 2012 году в военных конфликтах погибло 311 военных, то от психиатрического «лечения» 349! За последние 10 лет количество самоубийств превысило все прочие потери личного состава и 60% суицидных случаев – это пациенты военной психиатрической службы. Стоит добавить ветеранов, которые вдруг брали в руки оружие и устраивали массовые расстрелы мирных граждан. В крови таких «стрелков» следствие обнаруживало психиатрические препараты, выяснялось, что несчастный в это время пытался отказаться от психиатрических лекарств или проходил курс «психологической помощи» в психиатрическом заведении.

Более ранняя история обнаруживает психиатрический след за самыми ужасными и кровавыми событиями на нашей планете. Третий Рейх и Вторая мировая война – архивные документы вскрыли факты прямого участия психиатров в её развязывании. За каждым безумным диктатором в той или иной мере стоит тенью это псевдомедицинское ответвление. Так с чем же мы имеем дело в Украине? Для чего в СМИ запускается информация о необходимости психиатрического вмешательства в реабилитацию солдат ВСУ? Это попытка очернить бойцов, сражающихся за Украину или исключительно бизнес и желание получить финансирование на свою невнятную деятельность? А может это и то и другое разом? Заявить, что солдаты из зоны АТО психически больны, получить под это финансирование, психотропными препаратами создать психоз – это единственный результат воздействие психотропов на человека – получить массу смертельных случаев от побочных эффектов этих самых препаратов и затребовать ещё больше бюджетных средств на решение этой новой проблемы.

Нужна ли такая беда самим военнослужащим, их семьям, нам с вами и государству в целом? Ответ очевиден – НЕ НУЖНА. Положительный момент в том, что у государства не хватает средств на обеспечение психиатрических аппетитов. Стоило бы ужесточить контроль в этой области и проследить, чтобы на подобные, вредные для общества эксперименты и впредь на доставало бюджетных (то есть, наших с вами) средств. Чтобы бойцам оказывалась реальная и понятная помощь, предоставляемая врачами-специалистами, которые действуют на основании выявленных с помощью анализов и точных врачебных тестов заболеваний. Но не отдавать людей на откуп так называемым «врачам», которые диагностируют собой же придуманные болезни, существование которых научными методами никак не подтверждено. Психиатрические заболевания «создаются» на психиатрических симпозиумах методом голосования – за что проголосовало большинство, то и становится новым заболеванием.

Что касаемо ситуации, то достаточное питание, витамины, отдых и компетентное медицинское лечение могут творить чудеса, в то время как таблетки от депрессии, стресса и ужасов войны, ничего не решив, своими побочными эффектами создадут настоящую проблему. Ведь через короткое время у нас вполне могут появиться ветераны, которые агрессивно ведут себя в быту и представляют настоящую угрозу для общества, как это до сих пор происходило там, где в процесс вмешивались психиатры.

Понравилось? Поделись!

Психотропные препараты необходимо отменить

Применение психотропных препаратов в реабилитационной медицине и психиатрии – по-прежнему одна из самых острых тем в правозащитном поле. Особое внимание к вопросу вызвано активными попытками психиатров участвовать в процессе реабилитации воинов из зоны АТО и оказания психологической помощи пострадавшим.

7022524_m

Безусловно, сами бойцы АТО, гражданские лица из оккупированных территорий и все те, кто находятся непосредственно в гуще военных событий, нуждаются в психологической помощи и социальной реабилитации. Однако, по мнению Гражданской комиссии по правам человека (ГКПЧ) Украины, участие психиатрических служб с использованием психотропных препаратов не решит проблему, но может её значительно усугубить. Традиционные психиатрические способы помощи в таких ситуациях являются опаснейшей миной замедленного действия.

Обратимся к зарубежному опыту. Ранее мы публиковали данные, как рост ассигнований на психотропные препараты для армии США сказался на статистике самоубийств среди военнослужащих. Если за последние 10 лет расходы на препараты выросли на 400%, то количество самоубийств выросло сначала вдвое, а затем превысило потери личного состава от автомобильных аварий, сердечных заболеваний, рака, убийств и прочих нештатных ситуаций. Причём, 20% от общего числа суицидных военнослужащих принимали антидепрессанты, 41% – только что прошли амбулаторную поведенческую психологическую терапию.

Это поразительный эффект психиатрической практики – количество неприятностей в той сфере, куда психиатры направляют свою энергию с целью решить проблему не только не уменьшается, но вспыхивает подобно эпидемии.

Посмотрим на Европейский опыт. Не так давно на страницах уважаемого медицинского журнала Великобритании The BMJ датский медик Петер Гетцше опубликовал результаты своих исследований, в которых утверждает, что:

«Польза от применяемых в психиатрии препаратов минимальна, ущерб для здоровья велик, а использовать их стоит исключительно при острой фазе заболеваний».

Петер Гетцше говорит о том, что слишком часто результаты клинических исследований психиатрических препаратов содержат фальсификации. Побочные эффекты преуменьшаются, польза преувеличивается, умалчиваются случаи летального исхода, и совсем ничего не говорится об «эффекте ломки», который снимается назначением следующего препарата.

Теперь обратимся к правам украинцев. Есть весьма интересная статья в  УК Украины:

Статья 315. Склонение к потреблению наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов

  1. Склонение определенного лица к потреблению наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов — наказывается ограничением свободы на срок до пяти лет или лишением свободы на срок от двух до пяти лет.
  2. То же действие, совершенное повторно или в отношении двух либо более лиц, или в отношении несовершеннолетнего, а также лицом, ранее совершившим одно из преступлений, предусмотренных статьями 307, 308, 310, 314, 317 Уголовного Кодекса, — наказывается лишением свободы на срок от пяти до двенадцати лет.

Как в свете этой статьи уголовной ответственности следует расценивать факты принудительного лечения в психиатрии? Чем с точки зрения Закона являются случаи многочисленных обращений пациентов психиатрических заведений с жалобами на принуждение, недобровольную госпитализацию, жестокое обращение и факты серьёзных нарушений здоровья вследствие приема навязанных психиатрических препаратов?

Благодаря усилиям ГКПЧ Украины, к этой ситуации и возможным новым серьёзным проблемам было привлечено внимание общественности, правозащитных организаций, СМИ, Прокуратуры и в том числе Ольги Богомолец – народного депутата, правозащитника, Заслуженного врача Украины, доктора медицинских наук и профессора Национального медицинского университета им. Богомольца в Киеве. Вот что пишет личный сайт народного депутата о проблеме:

«Если сравнивать с американским опытом, то многие знают, что во время вьетнамской войны погибло 58 000 американских солдат. А вот то, что в течение десяти лет после, 62 000 американских солдат покончили жизнь самоубийством в мирное время – это мало кому известно. Как собственно и то, что 50% ветеранов сидели в тюрьмах по статье о превышении агрессии. Наша задача сегодня – дать шанс и возможность всем тем, кто возвращается с войны, стать значительно лучше и избавиться от последствий, причиненных ужасами войны».

Это заявление Ольга Вадимовна сделал во время рабочего визита в Днепропетровск, где посетила ряд психиатрических заведений, включая детское учреждение и психиатрическую больницу со строгим надзором МЗ Украины, в которой находятся пациенты, совершившие тяжкие преступления и направленные на лечение по решению суда. Необходимость серьёзного реформирования современной системы государственной психиатрии не вызывает сомнений. В этой связи Ольга Богомолец обсудила изменения, которые необходимо вносить в протоколы лечения. Медикам потребуется предоставить свои предложения в законодательство в области психиатрии. В ближайшее время при содействии Института судебной и медицинской психиатрии МЗ Украины должны быть разработаны новые законодательные акты, которые призваны регулировать эту специфическую сферу медицины, вводя её в правовое поле и внося больше гуманности и разумности в деятельность психиатров.

Главная задача Гражданской комиссии по правам человека (ГКПЧ) Украины сейчас – сделать закрытую доселе от сторонних глаз психиатрию открытой для проверок, общественного влияния и реформирования. Психиатрия до сих пор является одной из самых проблемных областей, доставшихся Украине наследием социалистического прошлого. Активное участие граждан в деятельности нашей общественной организации, волонтёрство  и прямая помощь ГКПЧ Украины значительно ускорят процесс реформирования психиатрической системы. И каждый из вас может внести свой вклад в создание лучшего, безопасного будущего для нашей страны.

За дополнительной информацией вы можете обратиться в ГКПЧ Украины по тел:
+38 067-465-33-05
+38 099-299-10-99
e-mail: info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!

Скушай, деточка, таблетку

На три месяца выпала из реальной жизни Оксана, после приёма всего одной таблетки экспериментального антидепрессанта, якобы доставленного с гуманитарной помощью.

original_1332163314

Эта история, как и большинство, приходящих в Гражданскую комиссию по правам человека Украины, начинается с принудительной госпитализации в психиатрическую клинику. Из-за личных несогласий внутри семьи родной дед пытается «исправить» свою внучку с помощью психиатров. Пройдя без диагноза несколько этапов принудительного лечения, 20 летняя Оксана (имя изменено прим. автора) получает от психолога рекомендацию на препарат, одна таблетка которого выключает её из жизни на три месяца.

Після того як я і мої рідні звернулися в ту клініку відразу, коли це сталося, психіатр і психолог сказали, що різні люди реагують по різному і вони поняття не мають, чому так сталося. Відмовилися від подальшого лікування чи надання мені будь-якої допомоги і порадили звернутися у міську психіатричну клінічну лікарню, щоб мене збутися, куди я не звернулася після такого що сталося. Я не могла концентрувати увагу, все тіло жахливо боліло також була емоційна біль. Я пам’ятаю біль і те, що я нічого не могла з цим зробити. Хотілося покінчити з собою. Тоді я не скоро прийшла в себе.

В Львовскую психиатрическую больницу М.В. поместил внучку, дав психиатру взятку. Чтобы «воздействие» было эффективнее, он регулярно покупал психотропные препараты, которыми кормили Оксану. Как рассказывает девушка, за ней приехала очень старая машина Скорой помощи и ей предложили проехать в больницу. Отказ Оксаны от госпитализации проигнорировали, а в больнице её принудили подписать согласие на лечение.

Дід посприяв поміщенню мене проти моєї волі в психіатричну клініку м. Львова, платив психіатру та купував психотропні препарати через які у мене були жахливі побічні ефекти. Психіатри надоїли з нього багато грошей, переконали в тому, що я ніколи нічого не досягну, а також його переконали в тому, що лише психіатри та антидепресанти можуть вилікувати, хоч це лише пошкодило та він нічого не хотів слухати. Хотів навіть найняти мені опікуна і переписати йому три поверховий особняк, хоч я чудово даю собі раду сама і не потребую опіки. Можете уявити собі моє обурення. Зараз я з ним не живу і не спілкуюся.

Из истории Оксаны следует, что единственной понятной причиной её нахождения в психиатрической лечебнице были деньги. Иначе как объяснить то, что столько времени её содержали без постановки диагноза?

Практично у всіх лікарів мені не ставили ніякого діагнозу, один лікар намагався поставити діагноз різновидності аутизму на підставі того, що я в дитинстві любила ходити по бордюру, як і багато інших дітей. Лікар назвав себе діагностом. Здебільшого мене мало що питали і лікарів часто не цікавило те, що я хотіла розказати про власне самопочуття чи дію ліків. У лікарні під час оглядів лікар міг не прийти і його не цікавило як я почуваюся чи на що скаржуся. Обіцяної діагностики так і не було проведено. Більше говорили з моїми предками щось їм втирали про лікування так як з них тягнули гроші. Не розумію як мене взагалі могли лікувати без діагнозу, жодної діагностики, навіть нормально зі мною не поговоривши. Після того як тебе накачають тобі стає так погано, що ти вже не можеш навіть поскаржитися і після цього родичам говорять бачите як помогло, пацієнт став «спокійнішим».

То, что психиатрические диагнозы – всего лишь субъективные мнения тех, кто называет себя врачами, уже не является тайной. Такие диагнозы не могут быть подтверждены или опровергнуты известными медицинскими методами. Однако в нашей истории не было сделано даже этого отвлекающего манёвра. Вседозволенность отдельных элементов психиатрического наследия советской эпохи возмутительна столь откровенным нарушением прав человека. Последствия такого произвола могут быть фатальны – там, где нарушаются права личности, общество быстро деградирует. Вот что о своём лечении рассказывает Оксана:

Мене сковувало, паралізувало, я задихалася, не могла нормально говорити, постійна сонливість з неможливістю заснути – це було від того, що мені примусово кололи в лікарні. Після лікарні десь рік не могла нічого уявити, створювати візуальні образи в уяві, не могла займатися медитацією, щоб покращити свій стан. І часто сняться кошмари, я до них вже звикла.             

Такое издевательство над человеком под видом лечения в цивилизованном обществе не допустимо. Особенно, если действительной целью психиатрических манипуляций является полное уничтожение личности. Если бы Оксана не предприняла действий, которые помогли покинуть клинику, её мог ожидать следующий этап «лечения» – электрошоковая терапия (ЭСТ).

Я збрехала, що мені добре і мене нічого не турбує, а ще я збрехала перед лікарем,  що причинене мені насильство, як він того домагався, було вигаданим…

[ЭСТ]Пропонували вже після того як я виписалася, через діда, але я звичайно відмовилася знаючи, що це може мені сильно зашкодити. Притому пропонували його як новий революційний метод, хоч пропускання електричного струму через голову використовували ще з часів СССР.

За консультації платив мій дід, котрі були пустими балачками, здебільшого зі мною майже не говорили, щось втирали моїм родичам навіть в моїй присутності. Також він платив за препарати. У нього хороша зарплата і пенсія ось йому, і крутили голову і доїли гроші.

И уже после всего этого, обратившись к невропатологу с жалобами на головную боль, Оксана получила ту самую «волшебную пилюлю», которая выключила её из жизни на три месяца.

Мене скерувала на МРТ в Чорнобильську лікарню лікар невропатолог з  Львівського медінституту після приступу сильної головної болі. Там мені порадили звернутись у клініку, що знаходиться в приміщенні лікарні до психолога. Діагноз мені не говорили. Так  за рекомендацією психолога, коли я вже йшла на поправку і не приймала психотропних препаратів, тоді психіатр запропонувала мені антидепресант по її словах доставлений в клініку, як гуманітарна допомога, після цієї таблетки мене вирубало на 3 місяці.

В Гражданскую комиссию по правам человека Украины, чья цель – разоблачение злоупотреблений и придание гласности нарушений прав человека в психиатрической практике, девушка обратилась с жалобой на принудительное лечение и ужасные условия в самой больнице:

… примусовое i під тиском поміщення хворих в лікарні та клініки такого типу, погані умови, погане харчування від якого хворі сильно поправляються, жахливі умови перебування, несправність душу, жахливий санвузол, сильно накурено, там почуваєшся як в тюрмі без прав і свобод не так як у справжній лікарні у лікарів, що лікують справжні захворювання. Написала б про те як мене отруїли антидепресантом в клініці, а потім відмовилися як небуть допомагати після того, що сталося.

До этого она обращалась в местное управление милиции, но ей отказали в помощи, даже не составив протокол. Она просит помощи и защиты от принудительного лечения и посягательств на её гражданские права:

Допомогу у разі примусової госпіталізації чи спробах визнати мене не дієздатною. Захистити від призначення будь-якого лікування психотропними препаратами в майбутньому чи застосуванні проти мене електрошокової терапії. Я знаю, що з іншими людьми таке було і без підписання відповідних паперів чи будь-якої їхньої на те згоди.  

В настоящий момент Гражданская комиссия по правам человека помогает Оксане отстоять свои права и избежать психиатрического произвола. ГКПЧ – это общественная некоммерческая организация, которая существует исключительно благодаря тому, что есть в нашем обществе неравнодушные люди, понимающие, что своё государство они строят сами. Пока под личиной медицинского учреждения на деньги налогоплательщиков существует такая система, как государственная психиатрия – закрытая тайная область, регулярно приносящая человеческие жертвы своей алчности и бездушности – наша работа не окончена.

Не розумію як мене взагалі могли лікувати без діагнозу, жодної діагностики, навіть нормально зі мною не поговоривши. Після того як тебе накачають тобі стає так погано, що ти вже не можеш навіть поскаржитися і після цього родичам говорять бачите як помогло, пацієнт став «спокійнішим». Мене тішить те, що я бачу як з цим борються, як щось міняється в цьому світі на краще.

Зараз я не приймаю жодних психотропних чи інших ліків і почуваюся добре. Займаюся спортом. Можу пити настоянки з трав і слідкувати за тим, що їм. Цікаво, що є багато речей, які справді допомагають і вони аж ніяк не пов’язані з психіатрією

Если вы или ваши родственники столкнулись с нарушением прав человека в области психиатрии, вы можете обратиться в ГКПЧ Украины по тел:
+38 067-465-33-05
+38 099-299-10-99
или пишите на e-mail: info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!

ВАЖНО ЗНАТЬ! Памятка участникам боевых действий

Вы вернулись из зоны боевых действий, вы видели смерть, разрушения, боль. Конечно, это не проходит бесследно, и такие события могут вызывать ЕСТЕСТВЕННЫЕ реакции на стрессовые ситуации – вы можете быть огорчены, расстроены, подавлены, злы.

ПТСРВ 1980 году психиатры присвоили такому состоянию ярлык «посттравматическое стрессовое расстройство» – ПТСР, и утверждают, что это является дисфункцией мозга. Но ни каких научных доказательств этого психиатрия не имеет.

Как и многие другие «расстройства», ПТСР не был подтвержден результатами научных исследований. Представители психиатрических кругов после обсуждения попросту проголосовали за его включение в «Руководство по диагностике и статистике». На основании этого руководства и только сегодня в психиатрии ставят все диагнозы.

Вот примеры последствий подобного решения из мировой практики:

  • 37% ветеранов недавних войн лечатся от ПТСР, 80% из них получают психотропные препараты (препараты которые влияют на сознание, разрушают клетки мозга и выводят из строя нормальную работу организма).
  • С 2003 года расходы на приобретение препаратов для лечения ПТСР в США увеличились на 400%.
  • С 2005 по 2011 год в Министерстве обороны США количество рецептов на психиатрические препараты выросло почти в 7 раз. Официально каждый шестой военнослужащий США принимает хотя бы один психиатрический препарат.

Помимо возможных ужасных побочных эффектов от приёма психиатрических препаратов, есть еще и такой интересный факт: они ничего не лечат.

Как же работают психотропные препараты?

Они изменяют поведение, притупляя ваши чувства. Это мешает человеку разобраться в происходящем  и отгораживает его от окружающего. Такому явлению уже есть название – «деперсонализация». Это становится особенно опасным, когда препараты вызывают другой побочный эффект – импульсивное насилие.

С 2006 года количество тяжких преступлений на сексуальной почве и случаев насилия в семьях военных США и Европы выросло на 30%, а жестокое обращение с детьми в таких семьях выросло на 43%.

Всё это происходит одновременно с ростом количества препаратов, прописанных солдатам в западных странах. Есть случаи, когда солдаты под воздействием психиатрических препаратов совершают убийства.

С 2002 года число самоубийств в армии США почти удвоилось, а с 2009 по 2012 год число самоубийств военнослужащих США превзошло потери солдат от автомобильных аварий, сердечных заболеваний, рака и убийств. Ветеранам приходится хуже всего. Каждый день 22 из них совершают самоубийство – это один каждые 65 минут.

Может быть множество причин, по которым человек убивает себя, не связанных с побочными эффектами психотропных препаратов, но остается фактом, что 20% всех солдат, совершивших самоубийство в армии США, принимали антидепрессанты, а 41% только что прошли амбулаторную поведенческую психологическую терапию.

В психиатрии, чтобы предотвратить самоубийство, в обычном порядке выписываются антидепрессанты. Однако клинические тесты показывают, что эти препараты удваивают риск самоубийства. Фактически, все антидепрессанты, включая те, что прописывают для лечения «посттравматического стрессового расстройства» у военных, вдвое увеличивают частоту появления мыслей о самоубийстве.

«Никогда войскам не выдавалось столько препаратов, и рост самоубийств – это не просто совпадение», – говорит подполковник и клинический психолог армии США в отставке Барт Биллингс.

  • 11 мая 2009 года сержант Джон Рассел открыл огонь в клинике боевого стресса в Багдаде. Он убил 2 офицеров и 3 рядовых. Рассел принимал антидепрессанты.
  • 11 марта 2012 года в деревне в Афганистане сержант Роберт Бэйлс убил 16 человек, 9 из них были дети. Бэйли употреблял психотропный препарат.
  • 16 сентября 2013 года ветеран ВМС Аарон Алексис на базе ВМС в Вашингтоне убил из ружья 12 человек. Алексис принимал антидепрессант.

Есть десятки подобных случаев. Психотропные препараты и оружие не сочетаются – это рецепт трагедии.

Smertonosnost`_psihiatricheskikh_preparatovВнезапная смерть, вызванная токсичностью препаратов, – один из самых страшных эффектов приема психотропных препаратов. 351 солдат и ветеран США внезапно умерли от предполагаемой остановки сердца. Многие из них были молоды и в наилучшей физической форме.

Можно говорить о том, что в Украине этой проблемы нет и быть не может. Но прямо сейчас можно наблюдать развитие системы оказания психологической помощи. Психиатры публично твердят о необходимости медикаментозного лечения и это тот же сценарий, который был внедрён в армии США.

Если вам нужна дополнительная информация о ПТСР или каком-либо назначенном вам психотропном препарате, или вам известны факты, подобные описанным выше, звоните в Гражданскую комиссию по правам человека Украины по телефонам:
+38 067-465-33-05
+38 099-299-10-99
или пишите на e-mail: info@cchr.org.ua

С уважением, президент Гражданской комиссии по правам человека Украины, Анастасия Вилинская

Понравилось? Поделись!

Незримый враг: скрытые планы психиатрии

2 декабря 2014 года в пресс-центре Майдана состоялась пресс-конференция на тему «ПОСТТРАВМАТИЧНИЙ СИНДРОМ І ЯК ІЗ НИМ БОРОТИСЯ?». На пресс конференции был представлен документальный фильм «НЕЗРИМЫЙ ВРАГ» 2013 года выпуска, который презентовала Гражданская комиссия по правам человека Украины.

Vilinskaia_AnastasiiaАнастасия Вилинская, президент ГО «Гражданская комиссия по правам человека» сообщила, что сегодня фильм крайне актуален для Украины. При общении с военными из зоны АТО, и волонтерами, имеющими с ними постоянный тесный контакт, было обнаружено, что в госпиталях бойцы получают психиатрические препараты, от которых им становится плохо. Мужественных солдат, только что защищавших на передовой всю страну, эти препараты за несколько дней превращают в слабых и бессильных существ, которые пугаются людей. Чем «лечат» парней и что это за препараты с таким ярко выраженным «лечебным» эффектом?

Гражданская комиссия по правам человека (ГКПЧ) с 1969 года занимается расследованием деятельности психиатрии и регулярно сталкивается с огромным количеством обращений, в которых люди сообщают, что от приема психотропных препаратов или антидепрессантов они испытывают сильнейшие побочные эффекты. Эти же препараты выводят из строя, в самом прямом смысле слова, личный состав Вооружённых Сил Украины.

В начале 2013 года Министерство обороны Соединённых Штатов обнародовало на официальном сайте поразительную статистику: количество самоубийств среди военных в 2012 году намного превысило общую цифру погибших в бою и составило в среднем почти один случай в день. Спустя месяц, от Министерства по делам ветеранов США поступила ещё более впечатляющая цифра: ветераны совершают 22 самоубийства в день — около 8000 в год.

Ситуация с самоубийствами среди военных сложилась настолько зловещая, что министр обороны США назвал её «эпидемией». В документальном фильме «Незримый враг: скрытые планы психиатрии» разоблачается тайная операция, стоящая за самоубийствами среди военных.

Кое-кто при этом заявляет, что всплеск саморазрушения порождён потрясениями войны. Но факты таковы, что 85% самоубийц среди военных не участвовали в боях, а 52% даже не находились в районах боевых действий. От какого же неизвестного фактора столь резко взмыло число самоубийств среди военнослужащих?

Фильм «Незримый враг» беспощадно раскрывает, что все ниточки этой широкомасштабной трагедии тянутся к едином клубку. В 2003 году одновременно с ростом самоубийств взмыло число выписанных рецептов на психиатрические препараты. Их известные побочные эффекты, такие как повышенная агрессивность и суицидальное умонастроение, также отражены в растущих цифрах случаев домашнего насилия, жестокого обращения с детьми и сексуальных преступлений среди военных, а также случаев саморазрушения.

Пойдите по следу дальше, и вы обнаружите: психиатры постоянно расширяют определение «психического заболевания», особенно если речь заходит о посттравматическом стрессовом расстройстве (ПТСР) у солдат и ветеранов. За психиатрическим диагностированием таких состояний, как ПТСР, расстройство личности и социально-тревожное расстройство, неизбежно следует рецепт хотя бы на один психиатрический препарат.

Парадокс в том, что в психиатрии хорошо известно, что эти препараты ничего не лечат, а лишь маскируют и подавляют симптомы. И также хорошо известно множество опасных побочных эффектов от таких препаратов, включая привыкание и возможную зависимость. Однако заявляется, что польза от психотропных препаратов и антидепрессантов перевешивает их побочные эффекты. И пока настоящими проблемами военнослужащих никто не занимается, их физическое и душевное здоровье катится вниз.

При столь мрачной статистике самоубийств среди военных, в психиатрию как из рога изобилия льются и льются деньги. Пентагон, например, тратит на психическое здоровье 2 миллиарда долларов в год, а расходы Администрации по делам ветеранов раздулись до небес: от 3 миллиардов в 2007 году до 7 миллиардов в 2014. Хотя ситуация ухудшается прямо пропорционально увеличению финансирования.

Фильм «Незримый враг», который есть в сети для свободного просмотра, раскрывает неприглядные подробности этой ситуации и побуждает солдат и ветеранов получить полную информацию о настоящей опасности, которую таят в себе психиатрия и психиатрические препараты. Каждый человек может воспользоваться своим правом на полное и по-настоящему информированное согласие на лечение, а также правом на отказ от него.

Военнослужащие Армии Украины, наши защитники, имеют право знать, что существуют безопасные и эффективные НЕ психиатрические способы избавиться от боевого стресса, при которых не надо подвергаться опасным процедурам и принимать токсичные вещества, способные погубить здоровье.

В ближайшее время в пресс-центре Майдана пройдет презентационный показ фильма «Незримый враг: скрытые планы психиатрии» в котором сможет принять участие каждый желающий. После просмотра состоится обсуждение, в котором можно будет предложить свои рекомендации к действиям в сложившийся ситуации.

За дополнительной информацией обращайтесь в ГКПЧ Украины
+38 (067) 465-33-05
+38 (067) 465-33-06
е-mail: info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!

Реформы в Украине коснутся психиатрии в первую очередь

22 мая Конституционный Суд Украины в форме устного слушания начал рассмотрение дела по конституционному представлению Уполномоченного Верховной Рады Украины по правам человека относительно соответствия Конституции Украины отдельных положений Закона о психиатрической помощи.

Омбудсмен обратилась в КСУ с ходатайством признать, что положение ч.1 ст.13 Закона о психиатрической помощи в части, которая предусматривает, что лицо, признанное в установленном законом порядке недееспособным, госпитализируется в психиатрическое учреждение по просьбе или с согласия опекуна, не соответствует положениям ч.1 и ч.2 ст.29 Конституции в той мере, в какой оно позволяет такую госпитализацию без судебного решения, принятого по результатам проверки обоснованности и необходимости такой госпитализации в принудительном порядке.

В Гражданскую комиссию по правам человека регулярно обращаются люди лишенные дееспособности с жалобами на помещение их в психиатрическое учреждение только лишь на основании решения их опекунов.

Примером этого служит история бывшего летчика, Алексея С. – жителя города Киев. В 2003 году Алексей по совету психолога обратился за помощью к психиатру по причине некоторых возникших проблем. После того, как его избил тесть, Алексей получил сотрясение мозга. Так он стал пациентом психиатров и вскоре был лишен дееспособности, получив в опекуны родную сестру.

Как говорит сам Алексей: «Начиная с 2003 года по настоящий момент моя сестра-опекун сдавала меня по 2 раза в год в среднем на 2,5 – 4 месяца в психушку». За весь период, по его словам, ему так и не сообщили диагноз, а само лечение, которое должно было помочь, принесло ещё худшие последствия. «После галоперидола я практически не мог нормально сидеть и закидывать ногу на ногу; после клопиксола – выкручивало шею, скулы, не мог говорить; после приема азалептола (особенно на ночь) – примерно через 30 минут – сильное чувство голода; также когда кололи галоперидол и клопиксол-депо и кучу психотропных таблеток – у меня появился эффект отдышки, как у астматиков, я долго теперь не могу уснуть…». Кроме этого, к Алексею около 7-ми раз применяли электрошоковую терапию, после которой абсолютно никаких улучшений не было. Напротив, Алексей стал инвалидом. Его регулярно связывали, закрывали в изоляторе, Алексею приходилось переживать передозировки психотропных препаратов, в качестве наказания за поведение.

С проблемой, с которой он обратился изначально, психиатры так ничего и не сделали, а сам Алексей просто научился с этим жить и справляться. Но психиатрия продолжает уничтожать его существование. Сестра-опекун оформила Алексею путевку в психоневрологический интернат, хотя Алексей имеет в Киеве квартиру.

В настоящий момент он снова помещен в психиатрическую больницу. Это произошло по решению опекуна и только за то, что Алексей, будучи в отпуске (есть в интернате такое понятие –­ отпуск) посетил знакомых, у которых задержался немного дольше чем того пожелала опекун. Обратите внимание, что желание опекуна не обязательно основывается на наличии каких-либо медицинских показателей, по которым Алексея могут госпитализировать снова. Достаточно опекуну обратиться в психбольницу, чтобы человек провёл мучительные месяцы в психиатрической больнице.

Следующая  история, с которой в Гражданскую комиссию по правам человека обратился еще один бывший летчик Владимир К., также лишена справедливости и хоть какого-то соблюдения прав человека.

Владимир был помещен в психиатрическое заведение из-за конфликта с замполитом полка, во время службы в ВС СССР, а также из-за проблем в семейной жизни.

За 20 лет Владимир 9 раз находился в психиатрической больнице, где его привязывали к кровати и делали болезненные инъекции 3 раза в день, проводили инсулиновую терапию, помещали в изолятор, после чего у него значительно ухудшилось физическое состояние, и начались проблемы со здоровьем.

Сейчас  Владимир находится в психоневрологическом интернате по инициативе отца, который является его опекуном. Владимир также имеет право собственности на квартиру в Киеве, в которой он вместе с отцом и проживал.

Трагичности его истории добавляет также тот факт, что Владимир, будучи уже признанным недееспособным, ухаживал за женщиной-инвалидом, Людмилой. Он помогал ей по дому, готовил еду, убирал и обеспечивал её, что подтверждает заявление самой Людмилы опекунскому совету положительной характеристикой Владимиру и о правонарушениях его опекуна. Сейчас Владимир не может больше помогать Людмиле и сам вынужден бороться за свою свободу.

Такое положение дел возможно лишь потому, что люди, в силу каких-то жизненных перипетий, вынуждены были столкнуться с психиатрией, которая под видом медицинской помощи искалечила им судьбы.

Благодаря обращению Омбудсмена, у людей, лишенных дееспособности есть возможность восстановить свои права и перестать быть зависимыми от желаний и мнений их опекунов и психиатров, решающих судьбу человека таким жестоким способом.

За дополнительной информацией обращайтесь
Украина, г. Киев, телефон:
+38 (067) 465-33-05
+38 (067) 465-33-06
е-mail: info@cchr.org.ua

Понравилось? Поделись!