Европейский суд защищает украинцев от психиатрии

Граждане Украины вынуждены искать защиту от психиатрического произвола в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ). По каким-то причинам в Украине психиатры действуют противоправно и не несут за это ответственность. И только ЕСПЧ является инстанцией, где некоторым из пострадавших от действий психиатров удаётся добиться защиты своих прав.


Так было в 2013 году, когда ЕСПЧ вынес решения сразу по двум делам, направленным туда при содействии ГКПЧ. Так было в деле Анатолия Руденко – незаконность его госпитализации в психиатрическое заведение признал ЕСПЧ через много лет борьбы и лишений. В мае 2013 года ЕСПЧ удовлетворил справедливый иск на EUR 3.600 – моральный ущерб и EUR 1.038 – судебные издержки, поданный украинкой Н. Михайленко. Раз за разом Украина, благодаря отсутствию разумных правовых норм и какой бы то ни было научности в подходах психиатров, проигрывает суды, неся издержки и теряя доверие и авторитет у своих граждан.

Общественные организации, включая ГКПЧ, отдельные правозащитники, Хельсинская группа по правам человека и рядовые граждане выражают своё несогласие с произволом, который позволяет себе в отношении прав человека и законности врач-психиатр. Возможно, именно поэтому события, связанные с реформирование Днепровского психиатрического учреждения со строгим надзором вызывают такой резонанс. Деятельность судебно-психиатрических экспертиз сложно назвать объективной или обоснованной, а условия пребывания в этом учреждении остались на уровне карательного психиатрического прошлого времён СССР.

В октябре 2014 Геннадий Спивак, благодаря усилиям адвоката и личной смелости, впервые за всю историю «Днепровского строгача» сумел через суд добиться прекращения принудительных мер и освобождения из этого заведения. Ранее, по заключению комплексной психиатрической экспертизы он был направлен на принудительное лечение. В больнице ему был установлен психиатрический диагноз и назначено психиатрическое лечение. Но по свидетельствам самого Спивака это лечение не только не помогало, но и приносило физическое и психоэмоциональное страдание.

Кроме того Управлением Национальной полиции по Днепропетровской области было возбуждено уголовное производство о незаконном лишении свободы. Главный врач отказался выполнить решение суда о прекращении пребывания Геннадия Спивака в лечебном учреждении сразу, подавал апелляции и пытался получать разъяснения. Из-за этого Спивак находился в больнице после вступления решение в законную силу. Освободили Геннадия в 2015 году, и он провёл в больнице около двух лет.

Срок применения к лицу медицинских мер принудительного характера нигде в законодательство чётко не указан. Потому ни сам пациент, ни суд, ни врач не могут сказать, сколько именно времени будет находиться лицо в этом учреждении охраны здоровья. Такое положение дел было удобно для выполнения заведением функций карательной психиатрии и подавления гражданских свобод при СССР. И до сих пор объективная и беспристрастная система, которая могла бы выяснить, необходимо или нет государственное принуждение в отношении конкретного лица, в Украине не внедрена.

Как утверждает Сергей Шум ­– руководитель комиссии по реорганизации заведения – предоставление психологической помощи для реабилитации пациентом не менее важна, чем психиатрическое лечение.

Видео. Ульяна Супрун нанесла визит в Днепровскую психушку строго надзора в феврале 2017, положив начало реорганизации учреждения

Одним из элементарных факторов отсутствия достаточной психологической помощи являются тяжёлые условия пребывания пациентов в Днепровской психиатрической больнице строго надзора и злоупотребления при использовании препаратов. Нередки случаи применения сверхвысоких доз психиатрических препаратов и методов в карательных целях.

Об этом в интервью РАДИО НВ свидетельствует Г. Спивак:

«Даже если пациент или родственники начинают эту нелегкую борьбу с данной больницей, то это все отражается в первую очередь на самом пациенте и его пребывании там, на отношении персонала, даже в элементарном — будут ли выпускать в туалет там. Малейшая жалоба на какие-то бытовые вопросы или еще что-то, если ты начинаешь как бы более настойчиво добиваться своих требований, то врачи это сразу классифицируют как то, что болезнь начинает прогрессировать, и увеличивают дозировку препаратов»

  • Для ГКПЧ Геннадий дал краткое пояснение, с какими трудностями сталкиваются граждане в ходе реорганизации.

С пациентами, по мнению Шума, должна работать команда из психолога, социального работника и психиатра, что позволит личности реабилитироваться и вернуться к нормальной жизни. Сегодня же психиатр имеет доминирующее и часто небезопасное для здоровья пациента влияние, штат психологов из четырёх человек катастрофически мал.

Ульяна Супрун – исполняющая обязанности Министра здравоохранения Украины задала главному врачу Днепровской психиатрической больницы строгого режима Анатолию Кушниру резонный вопрос о том, почему он, как тот, кто отвечает за пациентов, не имеет собственного видения и инициатив, как улучшить их содержание.

По словам Кушнира в больнице происходили изменения, но каждый раз под давлением омбудсмена, министерства здравоохранения или отдельных граждан, как в нашем случае. Однако собственного намерения улучшить жизнь пациентов и повлиять на несовершенное законодательство, чтобы не оставалось места для нарушения прав человека, руководство больницы не проявляет. А судя по тому, как происходит процесс реорганизации учреждения, имеет место даже саботаж.

Это случай ещё раз показывает, как психиатрия своими методами из прошлого века создаёт ситуацию, при которой граждане страны вынуждены добиваться защиты от своей же страны в Европейском Суде по правам человека. Очевидно, что психиатрическая система нуждается в значительных реформах. Е

Понравилось? Поделись!

Кому выгоден статус-кво в психиатрии?

Реорганизация Днепровской психиатрической больницы началась в сентябре 2018 года. И. о. министра здравоохранения У. Супрун ещё в феврале 2017 обнаружила в одном из отделений учреждения архивные документы, подтверждающие преступления карательной психиатрии Советского периода. Однако процесс реорганизации вязнет в хитросплетениях судебной и исполнительной власти.

Около 650 человек находятся сейчас на принудительном лечении в Днепровской психиатрической больнице со строгим наблюдением. Суд признал их неподсудными из-за наличия у них психических расстройств, и направил на лечение. Однако далеко за пределами Украины это учреждение печально известно своим жестоким отношением к пациентам и их полным бесправием.

Это тот самый карательный придаток советской системы. Возможно, там до сих работают те же самые люди, которые в период 70-80-х годов пытали диссидентов Анатолия Лупинос и Леонида Плюща сверхдозами психиатрических препаратов, пытаясь заставить их отказаться от «антисоветских настроений».

По свидетельствам тех, кто находится или находился в этом учреждении, условия содержания там жуткие, а законы и права не соблюдаются. Это своего рода концентрационный лагерь, незаметно мутировавший в лечебное заведение. Такого рода учреждений в цивилизованном мире не существует! Но у нас процесс реорганизации этого советского психиатрического пережитка застрял по непонятным причинам.

Это тёмное пятно прошлого. Без осознания её ужасной роли в притеснениях и убийствах свободомыслящих людей, без коренной реорганизации самого подхода, сложно ожидать положительных изменений в и без того слишком неоднозначной области судебно-психиатрической экспертизы.

По действующему закону «О психиатрической помощи» принудительное лечение должно проводиться по месту регистрации. Однако более 300 заявлений пациентов о переводе в регионы проживания остаются без ответа. Как свидетельствуют очевидцы, суд не пересматривает дела, а каждые полгода автоматом продлевает содержание. Судья не глядя может подписать пачку из 50-60 дел, которые ему «привезли для продления».

Ещё в 2011 году происходящее в этом учреждении Председатель правления Экспертного центра по правам человека Юрий Белоусов оценивал, как несоответствующее назначению учреждения. Через полгода-год у человека может наблюдаться положительная динамика, и он может быть переведён на более мягкие условия содержания по месту жительства. Но здесь человека удерживают так, как если бы он отбывал наказание в тюрьме: 8-10 и более лет. Или он может оставаться здесь столько, сколько решит психиатр.

Но ведь это не тюрьма – это лечебное заведение! И критерием должна быть динамика улучшений у человека, а не приговор. Хотя и внешне и внутри оно больше похоже на замок инквизиции. Низкие потолки, узкие коридоры, решётки, и тюремный режим. Кроме того внутри заведения действуют карательные меры. Малейший «залёт», как например больше, чем положено сигарет, и 10 уколов препарата, от которого тебе плохо, крутит руки, не можешь усидеть на месте, тело ломит, неконтролируемые движения и тяжёлые последствия для здоровья в целом, обеспечены.

Так в Днепровском «строгаче» находится глубоко пожилая женщина, которой около 85 лет. Она не может сама передвигаться. По мнению врачей и суда, эта бабушка опасна для окружающих. Иначе, почему её продолжают удерживать на строгом режиме с принудительным лечением? Или история Геннадия Спивака – пока единственный случай, когда удалось прекратить принудительное лечение через суд. Важную роль в этом сыграл адвокат. Но даже при вступившем в силу решении суда о прекращении лечения, Спивака продолжали удерживать более двух недель. И только вмешательство прокуратуры и уполномоченного по правам человека при Верховной Раде позволило ему покинуть заведение.

Реорганизация этого учреждения, как мрачнейшего наследия прошлого, необходима. По словам Роберта Ван Ворена – Генерального секретаря международной организации «Глобальная инициатива в психиатрии», в Литве всю систему судебно-психиатрической помощи реорганизовали за пять лет. Была создана больниц в Рокишкис, заново обучен персонал, введены программы реабилитации и ресоциализации. Пациентов готовят к возвращению в общество и дают профессию.

Руководитель комиссии по реорганизации Украинской психиатрической больницы строгого надзора в Днепре Сергей Шум говорит о том, что 12 больниц уже определены и в них будут все три режима содержания. И что готовность этих больниц принимать пациентов полностью зависит от руководителей больниц. Но процесс саботируется на местах.

Гражданская комиссия по правам человека просит власть обратить самое пристальное внимание на то, что на самом деле происходит в Днепре. В том самом месте, которое называют не иначе, как «Ад на земле». Степень цивилизованности общества можно определить по его отношению к социально незащищённому населению. Недееспособные и душевно больные представляют особую категорию. В ней люди часто оказываются с нарушением их прав, в результате мошенничества заинтересованных лиц или даже уголовного преступления против них. Психиатрические заведения страны требуют самых решительных реформ. И отдельное место в этом занимает Днепровская психиатрическая больница строгого надзора.

Понравилось? Поделись!

Конец Днепровской «карательной психбольницы»

17 сентября 2018 года МОЗ официально сообщил о начале реорганизации Днепровской психиатрической больницы со строгим надзором.

Процесс реорганизации вскрыл шокирующие факты. В заведении содержится шестеро иностранцев, из которых лишь по одному было сделано сообщение консулу, как этого требует законодательство. Пятеро других содержатся в нарушение закона. Там же находятся четверо пациентов, по которым суд ещё в июне, июле и августе принял решение о переводе.

Жах совєцької каральної психіатрії, який досі живе у цьому закладі, переживають всі пацієнти, які там знаходяться. Умови, в яких живуть люди, принижують гідність і суперечать міжнародним нормативно-правовим актам про права людини. До вбиральні пацієнти ходять суворо за графіком, у двері туалетів вмонтоване вікно, а на ніч у палатах залишають увімкненим яскраве світло.

Так 31 июля написала в своём фейсбуке исполняющая обязанности министра охраны здоровья Украины Ульяна Супрун. Ранее, в июле 2018 года, в ходе рабочего визита в это учреждение она обнаружила архивные материалы, подтверждающие использование больницы в карательных целях. В период с 1968 по 1991 годы психиатрия использовалась здесь репрессивными органами для политических преследований и через это учреждение прошли известные диссиденты Анатолий Лупинос и Леонид Плющ.

Именно в «Днепровскую карательную» с диагнозом «вялотекущая шизофрения», которого не существовало более нигде в мире, попадали не угодные тогдашнему политическому режиму инакомыслящие из Молдовы, Беларуси, Украины и стран Балтии. К ним применяли психиатрическое насилие для подавления противной СССР философии свободы. Их тайно изолировали от общества, лишая надежды единомышленников и ломая противодействие системе. 19 августа омбудсмен Валерия Лутковская отправила Генпрокурору Украины Юрию Луценко обращение о необходимости расследовать карательную психиатрию в Днепре.

Реорганизация проводится в соответствии с обновлёнными требованиями Закона Украины «О психиатрической помощи». Её пациентов будут переводить в обычные стационары по месту жительства. Принудительные меры медицинского характера (не связанные с лишением свободы), должны совершаться в психиатрических заведениях в пределах административно-территориальной единицы жительства, по его желанию.

Значительную часть пациентов этого заведения со строгим надзором составляют те, кто был признан судом невменяемым на момент совершения преступления. Вместо лишения свободы в тюремных стенах, их содержат в психиатрическом заведении. И если преступник по окончании срока наказания выходит на свободу, то из этого заведения выйти было практически невозможно. Теперь пациенты имеют доступ к правосудию, и могут требовать пересмотра назначенных им принудительных мер.

Директор Украинского Хельсинского союза по правам человека Александр Павличенко так прокомментировал процесс реорганизации:

Анализ судебной практики 2017-2018 годов свидетельствует о достаточно активном применении судами нормы статьи 19 Закона в пользу лица, проходящего лечение, при принятии решений по заявлениям психиатрических больниц об изменении вида применения принудительных мер медицинского характера на оказание амбулаторной психиатрической помощи в принудительном порядке по месту проживания.

Мониторинговые визиты правозащитных организаций и Омбудсмена постоянно проявляли системные нарушения конституционных прав пациентов в психиатрических больницах со строгим наблюдением. Поэтому ликвидация таких учреждений как рудиментов советской карательной системы назрела давно.

Само по себе проникновение психиатрии в царство Фемиды произошло не так давно. В 1940 годах психиатры заявили о своём намерении внедриться в правосудие, чтобы внести «иную интерпретацию идеи правильного и неправильного и в конечном счёте вырвать эту идею с корнем». А в 1954 году Федеральный апелляционный суд Вашингтона принял постановление, по которому «умственно неполноценный человек не может нести уголовную ответственность за совершение противоправных действий». Это вызвало ликование в психиатрических кругах, о чём открыто заявлял психиатр Карл Меннингер. После этого решения и под влияние психиатрии система правосудия дала опасную трещину.

Демократию от тоталитарных режимов отличают принципы господства права. Граждане демократического государства рассчитывают на то, что система правосудия обеспечит их спокойствие и безопасность. Но справедливая система решения юридических вопросов была надломлена и количество свидетельств психиатров в судах выросло в разы, подрывая веру общества в быстрое и беспристрастное правосудие.

Только за последние четыре недели ГКПЧ было составлено и подано 360 заявлений и 92 жалобы о преступлениях психиатров и должностных лиц, включая судей и сотрудников следственных органов. Получено 61 законное судебное решение и принято участие в 71 судебном процессе. Подано 17 заявлений о преступлениях и предоставлено 13 юридических консультаций пострадавшим от действий психиатров.  Так сегодня происходит «реформа» Украинской психиатрии, и процесс приведения её к Европейским нормам гуманизма и обновленным положениям законодательства Украины.

Если вы или ваши близкие пострадали от действий психиатров, сообщайте в ГКПЧ Украины по тел. +38 (067) 465-3305; +38 (066) 803-5583 

Понравилось? Поделись!