Что происходит в психоневрологических интернатах Украины

Журналисты «Секретных материалов» вместе с представителями уполномоченной Верховной Рады по правам человека провели осмотр домов-интернатов Украины, чтобы выяснить, как на самом деле и в каких условиях проживают подопечные этих медицинских заведений.

Визит был сделан без предупреждений и выявил ужасающую ситуацию. Подопечные интернатов говорят про насилие, но очень осторожно. За шокирующую правду о происходящем, в лучшем случае их накачают психотропными препаратами и жестоко побьют. В худшем – навсегда лишат здравого рассудка. В каждом заведении есть комнаты, которые используется в карательных целях и есть настоящие изоляторы. В них нет ничего, кроме голых стен, закрытых дверей и, может быть, бутылки с водой. В таких условиях человека могут содержать 7-8 дней. Защитить людей никому.

«За 2017 год было около 110-115 обращение от пострадавших в ПНИ и психиатрических заведениях Украины», – сообщила президент Гражданской комиссии по правам человека (ГКПЧ) Анастасия Вилинская.

Украинцы массово выдают своих родственников за сумасшедших, чтобы стать единственными владельцами домов и квартир. Дирекция интернатов охотно помогает делать из пациентов живых зомби. Вся правда про настоящую жизнь «психически больных» украинцев в сюжете «Секретных материалов»

По неофициальным данным около 30% подопечных ПНИ – адекватные люди. Их из собственного жилища выгнали близкие родственники, охотливые до чужих квадратных метров. Зафиксированы случаи, когда такие родственники перечисляли администрации интернатов заоблачные суммы, чтобы получить справку о смерти их подопечного и спокойно спать в квартирах, которые теперь ни с кем делить не надо. И это не единственный пункт «бизнес плана» сотрудников домов-интернатов. По закону подопечные получают на руки лишь 25% от общей суммы государственной помощи. Остаток идёт интернату на обеспечение одеждой, питанием и комфортными условиями пребывания. Но не все деньги попадают в карманы подопечных.

Ярким примером карательных мер является шумная история с девочкой Катей, над которой издевались в психоневрологическом отделении санатория под Киевом. Облитая с ног до головы ледяной водой, вся в синяках и царапинах, привязанная к стулу – в таком состоянии её застал отец. Отдавая свою дочь и её младшую сестру после скоропостижной смерти жены в этот санаторий, он был уверен, что доверяет их профессионалам. По заявлению родителя было открыто криминальное расследование по всем сотрудникам санатория, участвовавшим в этом издевательстве над ребёнком. Через полтора года единственное, чего удалось добиться, – на короткий срок сотрудники были лишены премии, а одна из «врачей» уволилась по собственному желанию.

Настоящее «оружие массового поражения», которое используется не только в специализированных заведениях – это галоперидол. Препарат, который запрещён в ряде стран Европы, а в годы Второй Мировой войны немецкие фашисты пытали им еврейских пленных. Сегодня концлагеря выглядят по-другому. Препарат начинает своё действие через 10 минут после приёма и наблюдать это сможет не каждый здоровый человек.

Правозащитники в один голос утверждают, что за высокими заборами с колючей проволокой происходят страшные вещи. В одном из ПНИ было обнаружено 70 женщин, которые на протяжении трёх лет ни разу не были на улице. Они живут там в рваной одежде, страдают от кожных заболеваний, от страшных болей и не получают помощи. Когда их моют, то женщин раздевают, ставят в шеренгу и холодной водой поливают из брандспойта. Статья 127 уголовного кодекса Украины классифицирует такие действия как пытки и предусматривает лишение свободы на срок от 10 до 15 лет. Почему эта статья не работает в Украине?

При наличии такого количества злоупотреблений и преступлений в области душевного здоровья в период с 2013 по 2016 год в Украине так и нет ни одного привлеченного к уголовной ответственности психиатра или сотрудника психоневрологического интерната. Больше года расследуется дело бывшего директора психиатрической больницы Сумской области Лилии Неофитной. В её заведении разразился настоящий скандал, когда от осложнений пневмонии, вызванных переохлаждением, умерли пятеро пациентов. Патологоанатом занимался подлогом документов. Это первый случай реального привлечения к ответственности в украинской судебной системе за всё время. Главное, чтобы система вновь не дала сбой и виновные ответили за содеянное.

Если вы, ваши близкие или знакомые столкнулись с нарушением прав, принуждением, насилием, мошенничеством или жестокостью в психиатрии, сообщите об этом в Гражданскую комиссию по правам человека

  • +38 (066) 803 5583
  • е-mail: info@cchr.org.ua
Понравилось? Поделись!

ПНИ – узаконенное рабство в Украине

В Украине 55 детских интернатов психиатрического профиля. В них проживает семь тысяч детей. Таким образом, каждый 12-й сирота – психически болен. Как отмечают сами психиатры, ужас состоит не в том, что дети сироты массово свихнулись, а в том, что большинство из них здоровы. Гражданская комиссия по правам человека в Украине разбиралась, кому выгодна такая массовая постановка сиротам психиатрических диагнозов и, главное, чем это оборачивается для них в будущем.novosavickiy_pni

Денис Холостенко – сирота с детства. Имеет диагноз ДЦП. Воспитывался в детском интернате в  г. Одесса для детей с ДЦП. «В интернате было хорошо, мы учились, летом на каникулах бывали в санаториях и лагерях». Но по окончанию интерната Денису сообщили, что он отправляется в дом инвалидов. Так парень оказался в Балтском психоневрологическим интернате, где пробыл с 2001 по 2007 год. «До интерната я ни разу не был в психиатрической больнице, но почему-то оказался в интернате психиатрического профиля». В 2004 году Дениса лишили дееспособности.

В интернате такие как мы ребята нужны для тяжелой физической работы. Работали мы с 9 утра до 9 вечера. Чаще всего за нами приезжал человек, который договаривался с директором интерната и мы ехали работать к нему на дачу или к нему в дом.  Я часто отказывался работать и поэтому меня избивали, кололи уколы, закрывали в отдельной комнате типа карцера. Я был им не интересен, потому что не хотел работать, а другие ребята соглашались работать, что бы их не били и не закалывали.

Еще с советских времен в психиатрии существует термин – трудотерапия и прикрываясь такими способами сотрудники интерната используют физическую силу своих подопечных. Так как эти ребята сироты, то, лишив их дееспособности, руководство интернат становится опекуном недееспособного «психа», а в реалии получает физически здорового работника, способного работать «на благо интерната» по 12 часов в сутки.

Сегодня закон Украины гласит, что человек лишенный дееспособности не может самостоятельно восстановить свои права. Этот механизм попросту отсутствует и недееспособный может предпринимать действия только с одобрения своего опекуна. Но в нашем случае опекун заинтересован лишь в том, чтобы человек никогда не реабилитировался (хотя, именно в этом функция интерната) и никогда не восстановил дееспособность. В этом есть прямая выгода руководству таких заведений и системе существования интернатов, которые финансируются за счет пенсий недееспособных подопечных.

Гражданская комиссия по правам человека встретилась с Дмитрием Губичем, который, как и Денис, был заложником психоневрологического рабства. Он также как и Денис – сирота и воспитывался в Килийском вспомогательном интернате, который расположен в Одесской обл.  Дмитрий рассказал, как за капризы и за раздражительность его отправляли в психиатрическую больницу. Никакие медицинские показатели не учитывались. Это была карательная мера, которую применяли к большинству воспитанников. В 2004 году Дмитрия перевели в Белгород-Днестровский детский дом-интернат, и в 2005году по заявлению этого интерната лишили дееспособности. Сам Дмитрий при этом даже в суде не присутствовал. С 2008 года он живет в Новосавицком психоневрологическом интернате для умственно отсталых.

Мы работали по 12-15 часов в сутки. Если я отказывался работать меня били и закалывали лекарствами, от которых очень болела голова и не мог ходить, ноги выкручивало восьмеркой.

И таких историй множество. Правозащитник Татьяна Макарова уже более 10 лет занимается судьбами таких вот сирот, которых государство списало в психоневрологическое рабство.

Это система, – утверждает Татьяна Владимировна, – это не единичный случай, это абсолютно отработанная государственная система, в которой узаконена интернат зависимость. Эти ребята приносят владельцам интерната огромный доход и при этом они полная собственность интерната, так как интернат и есть их опекун. Вырваться из лап опекуна практически невозможно.

Но многие годы труда и неимоверного упорства дали свои плоды. С помощью Татьяны Макаровой более чем 20-ти ребятам удалось вырваться из плена интернатов Одесской области и вернуть себе дееспособность.

Денис Холостенко ныне работает в службе охраны – он обеспечивает себя сам, снимает жилье и живет полноценной жизнью. Дмитрий Губич тоже работает, снимает квартиру, часто проведывает Татьяну Владимировну и не перестает благодарить её за помощь. Многие, из тех, кому ещё смогла помочь Татьяна Макарова, создали семьи, работают и живут полноценной жизнью, свободной от издевательств, угнетения и рабства.

А как быть тем, до кого не дотягиваются руки правозащитницы из Одесской области?

Понравилось? Поделись!